Диане что-то подсказывало, что с ней обошлись гораздо хуже, чем со вторым пленником. И сидя на неудобном валуне, она злилась и очень сильно ненавидела Романцевича. Оттого, что она понимала, что его вины как таковой в её незавидной участи нет, не утешало, а то, что сидя она не могла спать, как не пыталась, доводило до белого каления. И, по-видимому, придётся ей тут сидеть до самого вечернего выступления. Хоть бы воды принесли, рыбины проклятые, да и тётушка Зельда оказалась, как и предполагала Диана не надёжной. И туалет в этой крохотной каморке был явно не предусмотрен, а человеческие потребности игнорированию не подлежали. От злости ей хотелось выть, но Диана понимала, что так будет только хуже. Девушке оставалась лишь ждать.
Кирилл знал, что должен делать: морская королева дословно объяснила, что к чему. Его пение и игра на лютне (для вида перебирать пальцами струны), своеобразный эксперимент, способный оценить уровень его силы и дарованного природного мастерства. И теперь отдохнувший, сытый и спокойный Кирилл нацепил на лицо привычную маску безразличности и был сопровождён в огромный зал, где уже сидели в спиралевидных раковинах прикреплённых одна над другой, словно морские трибуны, частично наполненных водою, а некоторые обитатели и вовсе скрывались в замысловатых подобиях аквариума, только иногда на поверхность с тихим бульканьем поднимались головы: воплощённая явь бредового кошмара, но если не слишком заострять внимание на самых странных морских обитателях, то всё вполне ничего, смирненько так и дружелюбненько,- отметил про себя Кирилл.
Трибуна из нескольких ярусов, а внизу гигантская точно фарфоровая лютня, другого названия и сравнения на человеческий язык и не подберёшь, а рядом с лютней на самом видном месте, возвышалась двухстворчатая синяя раковина, в которой и сидела королева Левиафана. Странные переливы света падали косыми бликами ему на лицо. То зеленый, то алый, свет раздражал, заставляя щуриться, и Кирилл посмотрел на потолок украшенный зеркальной мозаикой. От необычной красоты захватило дух, словно множество осколков драгоценных камней собранных воедино, играющих своими гранями, ловя блики росших в каменных стенах кристаллов, и в то же время складывалось ощущение чего-то неправильного. Вспомнились: именно король Азарус обладал способностью играть в свои игры с помощью зеркал. Скорее всего, король с помощью зеркал наблюдает за всем происходящем в трибунном зале, а, сколько, если вспомнить Кирилл встречал на своём пути в этом мире зеркал. Огромное количество. Легко сбиться со счёта.
Так вот оно что! Как предусмотрительно, чёрт возьми, зеркала играли двуликую роль: одновременно зеркал и постоянно в режиме онлайн, наблюдающих камер. Но, что же это, Кирилл не верил своим глазам рассматривая королеву рядом с которой стояла точно наделённая особыми полномочиями Зельда. Та самая рыбоголовая крестная, торговка-вымогательница.
А бедная Диана. Настолько измученная словно её морили голом. Её кожа была пепельно-серой, а губы сухими. Да, что же это такое: они специально так её мучают, чтобы провоцировать его, но зачем? А, может, чтобы ещё больше настроить девушку против него. Да, похоже, так и было. Встретив взгляд Дианы, он понял, что она ненавидит и завидует ему. Девушка отвернулась, его взгляд словно причинял ей боль. Такое положение было несправедливо по-отношению к ней, её мучения не входили в условия сделки, и Кирилл собирался повестить об этом королеву.
О, она, словно читая его мысли, улыбнулась, вновь вызывая холодную дрожь омерзения, своими острыми хищными зубами и шепнула, что-то чего Кирилл не расслышал своей подчинённой. Зельда на мгновение скрылась за спиной королевы, а потом вновь появилась, держа узкую раковину, напоминавшую рог и поднесла её ко рту Дианы. Кирилл чётко различил слово: пей, читая по губам. И только сейчас удивился: почему это он так легко понимает все языки, включая демонический, а затем этих рыбоголовых. Но, думать над этим он будет, когда сделает, то зачем его пригласили сюда: а именно споёт и сыграет на лютне. Королева отдала приказ, и все шепоточки, бульканье идущее из аквариумов разом стихло. Кирилл бросил взгляд на Диану, с лица которой сошла смертельная серость, и даже чуток проступил румянец. Хм, ещё одна загадка: крестная дала волшебное зелье. Давно бы так. Парень почувствовал облегчение. Затем, подошёл вплотную к лютне и прикоснулся пальцами к тонким, но удивительно пластичным струнам.
