Вчера я попала под ливень. Он был бесшабашен и безумен. Он появился внезапно и сметал все на своем пути. Он смеялся над теми, кто тщетно пытался спрятаться от него под зонтами и карнизами домов. Он не жалел никого, заливая потоками воды стекла, деревья, дома и дороги. Асфальт превратился в горные реки. Мы с подругой бежали, отдавшись во власть стихии, не обращая внимания на мокрые ноги и одежду. Я так хочу однажды промокнуть под таким же ливнем вместе с тобой, чтобы потом, обнявшись, согревать друг друга своим теплом. Ты же знаешь, как я люблю дождь… и тебя.
Ветер холодный ломает березы,
Ветер срывает каштановый цвет,
В тучах разорванных прячутся звезды,
И пеленою подернут рассвет.
Это не ветер за окнами стонет,
Это душа моя рвется к тебе.
Солнце в дождях бесконечных утонет,
Льдинкой рассыпется в серой воде.
Мокрый асфальт и погибшую птицу
Я, не взглянув, обойду стороной.
Ночью тревожной опять мне приснится
Солнечный день, где мы будем с тобой.
Снова в окно мне стучит непогода,
Я так хочу поскорее дожить
До окончания этого года,
И навсегда о разлуках забыть.
Валери, как и Лерка, тоже любила дождь. Возможно потому, что он консонировал с меланхоличностью ее души – в дождь было хорошо закутаться в мягкий клетчатый плед, пить горячий шоколад или сидеть у камина с бокалом сухого красного вина, размышляя о жизни. Или потому, что в дождь можно было долго бродить по пустеющим улицам под большим зонтом, когда кажется, что ты – в своем маленьком мире, а зонт – твоя крыша от всех невзгод. Когда в лужах корабликами плавают желтые кленовые листья, а дождь монотонно поет свою грустную песню. Или потому, что дождь смывал с города всю дневную пыль, делая дома блестящими и чистыми…
Валери любила в дождь ехать в машине, когда есть только вода, струйками стекающая по лобовому стеклу, любимая музыка и звук дворников, ритмично танцующих впереди. Для нее дождь, музыка и дороги – это всегда было то, что очищает душу и приводит в порядок мысли, позволяя грустить и заново возрождаться к жизни с первым солнечным лучом, рождающемся на умытом небе.
Я тебя нарисую
Или дождь попрошу,
Я ничем не рискую,
Я тобою дышу.
А письмо долетело
Может быть, не туда.
Я рисую не мелом,
Вместо красок вода.
Облетают за ветром,
Не касаясь земли,
Листья прошлого лета,
Что осталось вдали.
Я тебя вспоминаю,
Даже чаще, чем ты,
И монетки бросаю
В море нашей мечты —
Чтоб обратно вернуться,
Чтобы нам повезло
С первым солнцем проснуться,
Расстояньям назло.
Только письма остались
Просто чистым листом,
Я к дождю прикасаюсь
За открытым окном.
Я тебя нарисую
Или дождь попрошу.
Я ничем не рискую,
Я тобою дышу.
Жизнь текла своим чередом. Лера была абсолютно свободна до начала своей медицинской практики. В агентстве отношения стали менее напряженными. Многих девочек, в том числе и Леру, пригласили подписать контракт с местной швейной фабрикой, и теперь они были в официальном штате манекенщиц. Совместные съемки и выездные показы не оставляли времени для ссор. Отношения с Ульяной немного наладились, хотя дружескими тоже не стали.
В один из теплых июньских дней их компания собралась на дачу одного из друзей с ночевкой. Лера сначала не очень хотела соглашаться, ведь именно на этой даче была та злосчастная прощальная вечеринка. Но друзья убедили, и уже вечером они все вместе сидели под навесом, увитым виноградом, пили вино и наслаждались летним воздухом. Ульяна села рядом с Лерой. Девушку это немного удивило, но вечер располагал к теплу и общению, и она не стала на этом заострять внимания. Потом та начала разговор, спросив:
– Ты чего такая грустная? Мы же приехали веселиться, расслабься!
– Ульяна, знаешь, сессия тяжелая была, я, наверное, еще не пришла в себя.
Лера постаралась быть приветливой, но ее способность определять искренность человека, подсказывала, что разговор этот затеян неспроста. Да и вообще, она никогда до конца не понимала Ульяну, ее раздражал и наигранно громкий смех, и попытки той всегда быть в центре внимания.
– Может, ты по Артему скучаешь? Он часто тебе звонит?
Собеседница явно переходила черту, задавая абсолютно неуместные вопросы. Вероятно она забыла, что Лера ей не подруга и никогда ею не была.
Подумав про себя: «Ф*к, Ульяна, вот это точно тебя должно беспокоить меньше всего, и ты последний человек, с которым я буду делиться чем-то личным», Лера постаралась сохранить «покерфейс» и не выдать вслух все что думала.
– А давай-ка не будем обсуждать мою личную жизнь. Ведь она на то и личная, правда? – девушка попыталась максимально естественно улыбнуться.
Но собеседница не унималась и активно продолжала попытки расположить Леру к себе. Она много смеялась, и со стороны могло показаться, что эти две непохожие друг на друга девушки действительно подруги. Позже, когда вина уже было выпито достаточно и Ульяна стала еще более разговорчивой, она проболталась, что Артем общается и с ней тоже. Лера постаралась заглушить в голове настойчиво пробивающуюся мысль об обмане.