Я приподняла трясущуюся руку и коснулась стекла там, где находится его лицо. Хотела бы еще раз почувствовать прикосновение, ощутить тепло другого тела. Когда Кристиан держал меня, то там была только боль, синяки на моих руках до сих пор не исчезли.
Картер тоже поднял руку и соединил её с моей, вернее, с прозрачной стеной.
Мы не сказали друг другу не слова, но это и не потребовалось. Вместо этого наши глаза говорят друг с другом на одном языке, понимая каждую тонкую ноту нашей невербальной коммуникации.
Вскоре я вновь уснула, а когда проснулась во второй раз, то увидела, как возле наших камер остановился доктор.
– … Эсми, дорогая, отнеси планшет ко мне в кабинет, – обратился он прежде к молодой медсестре, которая кивнула и скрылась из вида.
После доктор Райт повернулся к нам, видя, что я за ним наблюдаю. Картер стоит возле раковины, опираясь о неё одной рукой.
– Я пришел с хорошими новостями, – его улыбка говорит об обратном, – нам удалось подобрать идеальные компоненты, Сара, чтобы твоя кровь не теряла все свои свойства. Правда, на это потребовалось время, но это того стоило. Так что… скоро всё закончится. Я представляю, как ты устала, поэтому, полагаю, данный факт должен тебя обрадовать…
Он продолжил говорить что-то ещё, но я словно оглохла, не понимая, что испытываю из-за сказанных им слов.
Скоро всё закончится… Закончится?
Я умру? Они убьют меня?
Мы с доктором одновременно взглянули на звук, который вывел меня из транса.
Картер только что рукой сломал кусок раковины.
Успела заметить, как дернулся кадык мистера Райта, и он в очередной раз поправил свои круглые очки.
– … я должен был сообщить это несколько позже, но не удержался. На сегодня ничего не предвидится, поэтому отдыхай, Сара.
После этих слов доктор Райт удалился, оставляя меня и Картера вдвоем.
– Они собираются убить меня, – сообщила Картеру, будто он не слышал это минуту назад.
Я сказала эти слова спокойным голосом, особо не испытывая эмоций, потому что этого стоило ожидать. Я была готова к тому, что они убьют меня, как только достигнут результата.
– Нет.
Прикрыла глаза и грустно улыбнулась.
– Ты не можешь этого гарантировать, Картер, поэтому, пожалуйста, не надо так говорить. Я смирилась, тебе тоже стоило бы…
– Нет, Сара, – я услышала его приближающиеся шаги, поэтому открыла глаза, взглянув на него.
– Хватит, Картер. Мы застряли здесь, признай уже, и признай, что нас никто не придет спасать. Также нам не удастся спастись самостоятельно. Мы здесь уже находимся… тьму времени, никакого спасения нет и не будет, – да, я испытываю раздражение, потому что не привыкла питать ложных иллюзий.
Картер промолчал, не решившись вступить со мной в спор.
Полагаю, доктор Райт решил специально сообщить тогда мне новость о моей скорой кончине, чтобы я мучилась и ожидала, когда за мной придет палач. Наверное, он думал или рассчитывал, что это нарушит мой сон и покой. Хотел посмотреть, как я мучаюсь, плачу и страдаю, но ничего из вышеперечисленного я не делаю. Специально.
Просто жду.
Уверена, что мужчину это бесит. Поэтому испытываю хоть какую-то небольшую радость.
– Расскажи мне что-нибудь, Картер, – попросила его, лежа на кровати и пялясь в прозрачный потолок.
Мне и ему не спится.
– Что ты хочешь знать?
– Не знаю, – пожала плечами, – что-нибудь из твоего детства. Я поняла, что почти о тебе ничего не знаю, о твоем прошлом.
– Тебе не обязательно знать моё прошлое, чтобы узнать меня, Сара.
– Знаю, но всё хочу услышать.
– Хорошо, – легко согласился он. – Спрашивай, а я отвечу.
Я задумалась на несколько долгих секунд.
– Когда у тебя день рождение? – задала самый элементарный вопрос.
– Не знаю.
Я повернула голову в его сторону, часто заморгав, думая, что ослышалась.
– Не знаешь?
– Нет, только знаю, что осенью, а в какой месяц и день мне неизвестно. Родители оставили меня спустя несколько дней после того, как я появился на свет.
Его ответ поверг меня в какое-то странное состояние… Я знала, что у него никого нет, что родители оставили его, когда Картер был маленьким, но я даже не предполагала, что он был
– И когда ты отмечаешь день рождение?
– Я его не отмечаю, Сара. Думаю, в связи со сложившейся ситуацией в мире это верное решение.
– Ты можешь выбрать любой день и месяц, Картер, когда будешь хотя бы сам себя поздравлять с таким днем. Пусть он будет для тебя особенным…
– Зачем?
– У каждого в этом мире должен быть особенный день, Картер. Чтобы человек верил в то, что делает, за что борется. Особенный день может немного облегчить жизнь, – по-своему объяснилась я.
Он задумался на некоторое время и выдал кивок, а мои губы растянулись в улыбку.
– Выбирай.
– Восьмое октября.
– Отлично! Если нам всё-таки удастся каким-то чудом выжить и выбраться, то я обязательно поздравлю тебя с твоим особенным днем, Картер.
Я перевернулась набок, чтобы лучше видеть его.
– Договорились.
– Какой цвет тебе нравится? – прозвучал от меня следующий вопрос.
– Зеленый.
– Мне тоже он нравится… цвет природы. Как тебе удавалось выживать, когда ты был еще ребенком?
