Не знаю, что они хотят этим проверить. Возможно, то, что мне удастся всё-таки воспользоваться телекинезом и сломать то, что разделяет нас. Но даже если и так… то что? Здесь нет необходимых средств, чтобы ему помочь. Или они хотят проверить его регенерацию? Он сутки уже без воды. Организму нужны силы на восстановление, и врачи должны это понимать.
Слёзы больше не текут. Я просто продолжаю мысленно молиться всем богам, чтобы Картеру стало лучше.
***
Картеру удалось пошевелить пальцами и приподнять голову ближе к концу вторых суток.
– Картер, – проговорила я, слыша свой хриплый голос и такое же дыхание.
Я положила руку на стекло и стала дальше ждать.
Еще через несколько часов ему удалось упасть со стула и прокашляться, выплевывая ту кровь, которая скопилась за это время. Дальше мужчина дополз до подноса с едой и осушил бокал с водой за считанные секунды. После ещё один и лег на спину.
Из моей груди вырвался облегченный выдох, а после я вздохнула так, словно всё это время была лишена воздуха.
Мой лоб коснулся холодного стекла, а глаза прикрылись.
У него получилось. Получилось.
Спустя еще несколько часов мужчина принял положение сидя и провел пальцами по своему лицу, ощупывая его.
– Неприятное зрелище, да? – его голос звучит приглушенно, а губа приподнимается в подобие улыбки.
– Неважно, главное, что ты жив.
– Волновалась за меня?
Ещё одна косая улыбка, и я серьезно произнесла короткое слово:
– Да.
– Если бы я знал, что ты будешь за меня переживать, то просил бы малыша Кристиана почаще меня избивать.
Я сдержала порыв закатить глаза, понимая, что к нему возвращается прежнее чувство юмора.
Картер коснулся своего носа, тщательно ощупывая его и периодически морщась.
Прозвучал неожиданный хруст, затем сразу же ещё один.
– Ты вправил себе нос?
– А на что это похоже?
Картер пошевелил челюстью и встал на ноги, двинувшись к раковине, чтобы умыться и смыть всю кровь с лица.
Когда он повернулся ко мне во второй раз, то его лицо полностью стало чистым. Глаз всё ещё заплывший, губа рассечена, а нос выглядит немного странно, но в остальном… Картер внешне не так плох, как день назад. Его регенерация тоже отличается от человеческой.
Кровь всё ещё присутствует на его одежде.
Картер смотрит на меня, а я на него. Наши очередные гляделки продолжаются некоторое время.
– Тебе нужно было не смотреть на всё это, Сара. Спасибо.
Я едва заметно кивнула, понимая, за что он благодарит. За то, что была рядом.
Я потерялась во времени.
Возможно, это из-за того, что со мной делали. Не только брали кровь, но и костный мозг. Это адски больно. Если до этого я и испытывала боль, то с этой ничто не сравнится. Мой крик должны были услышать в другом здании, если такое есть на этом острове.
Помимо этого, у меня брали и другие части меня, о которых не буду упоминать, но это было почти так же неприятно.
Возможно, это может быть и из-за бесконечных попыток правительства получить от меня нужный результат.
Я стараюсь сдерживать телекинез, не знаю, поняли ли они это ещё или нет.
С Картером тоже что-то делают, помимо постоянных анализов. Внешних повреждений нет, но его взгляд… язык его тела говорят о других травмах, про которые мужчина не рассказывает мне.
Кристиан…
Моё тело рефлекторно дергается, как только я думаю о нем. Дело в том, что при всех экспериментах, которые проводились с моим телом, Кристиан присутствовал. Он даже держал меня, когда забирали ткани для анализов. Браслета и наручников им показалось недостаточно, поэтому ему приказали держать. Он не бил меня, но мысленно приказывал не шевелиться и наблюдал за всем этим.
Знаю, что его вины в этом нет, но мой организм продолжает так реагировать. Стоит мне его увидеть… как появляется иррациональный страх, который сковывает всё тело, а после пробивает крупная дрожь.
Я лежу и смотрю на Картера, в его черные глаза. Не чувствую страха, а только… спокойствие.
В этот момент все вокруг исчезло, и остались только мы двое, соединенные невидимой нитью судьбы.
Картер может понять меня, что я чувствую, как и я его.
Мы пододвинули кровати к стене, разделяющей нас. Это случилось после того, как меня начали преследовать кошмары не только наяву, но и во сне. Я кричала и просыпалась, будила и его. Позже Картер предложил сдвинуть кровати, сказав, что так будет легче.
Я не поверила, но решила так поступить, ведь всё равно нечего терять. Да, нас разделяет стена, я по-прежнему не могу прикоснуться к нему, как и он ко мне, однако… это помогло. Кошмары если и снятся, то я хотя бы перестала кричать. Лишь резко просыпаюсь, сначала пытаясь понять, где нахожусь.
Вот и сейчас по ощущениям, словно наступило утро, и, открыв глаза, я увидела спящего Картера. Мне хватило времени медленно изучить его лицо, на котором уже не осталось и следа от ранений.
Он открыл глаза и встретился со мной взглядами. Я продолжила глядеть на него, не испытывая неловкости или что-то подобное. Возможно, это покажется эгоистичным, но я рада, что он тоже здесь. Если бы я осталась одна, то не справилась бы.
