Внутри царил хаос. По покрытому выбоинами ламинату валялись останки бамбуковых обоев, некогда покрывавших одну из стен комнаты. Эта самая стена, кстати, пострадала меньше остальных. Наверное, потому что она была у изголовья кровати, на моё удивление, оставшейся в целости и сохранности, в отличие от остальной мебели, изначальное предназначение которой определялось с большим трудом. Разломанные, вырванные, смятые и закрученные куски дерева, папируса и пластика одинокой горкой сиротливо ютились в дальнем углу. К последнему явно Александр руку приложил.
Артур спал, растянувшись поперёк постели на животе лицом вниз. Стараясь не шуметь, вышла в коридор, найдя для себя самую отдалённую от супруга душевую. Долго стояла под непрерывно льющимся потоком горячей воды, пытаясь смыть с себя всё, что накопилось внутри. Я и сама толком не понимала, отчего именно хотела избавиться. Просто желала не думать ни о чём и не чувствовать ничего, кроме необходимости позаботиться о своём единственном и любимом мужчине.
Завернувшись в широкое полотенце, которое с трудом смогла отыскать в коридорном шкафу-купе, я вернулась к Арту. Судя по всему, он так и не просыпался. Только перевернулся на левый бок. Чтобы не тревожить мужчину, аккуратно примостилась на краю постели, и потом ещё долгое время, прежде чем заснуть, взглядом бродила по каждому сантиметру его лица, так безмятежно и едва заметно улыбающегося чему-то во сне.
Хищник больше не напоминал охотника. Скорее — жертву нашего престранного брака.
ГЛАВА 20
Проснулась от того, что дышать было невыносимо трудно. Закономерно вспомнился плюшевый медведь, с которым спала в обнимку в детстве. Только в этот раз в роли игрушки выступала я. Тихо сопя мне в затылок, супруг крепко сжимал в своих объятьях, состоящих не только из кольца рук, но и его правой ноги, нагло устроившейся поверх моего правого бёдра.
Подалась вперёд, пытаясь хоть немного ослабить хватку непомерно сильного и столь же тяжёлого архивампира. Положение моментально усугубилось — Артур прижал к себе ещё крепче. Мне даже показалось, что я только что услышала хруст собственных рёбер. Предпринимать ещё одну попытку к самостоятельному освобождению больше не хотелось, да и в спальне было довольно светло. Видимо рассвет близок.
— Арт? — позвала я.
Сопение в затылок моментально прекратилось. Правда, от чрезмерной близости к мужскому телу избавиться не получилось.
— Доброе утро, — произнесла, немного помедлив, прежде чем шаловливая мысль быстренько обозначила добавочку: — радость моя.
Первым обрело свободу моё бедро.
— Доброе утро, — немного настороженным тоном ответил супруг.
В следующую секунду меня развёрнули лицом к архивампиру. Пытливым недоверчивым взглядом Древний прошёлся по моему лицу. Чуть задержался в области шеи, а затем уставился на край довольно низко сползшего с груди полотенца, в которое я завернулась накануне.
— Александр дал тебе свою кровь? — тихо спросил он.
— Нет, — удивилась искренне. — Зачем она мне?
И ведь даже не соврала.
Всё-таки я быстро учусь.
— Я потерял контроль, — хрипло начал говорить супруг. — Во второй раз. Прости.
— Конечно, ты потерял контроль, — почти не лицемеря, ответила я. — Ты же чуть не уснул за рулём. А если бы мы в ДТП попали? — возмутилась притворно грустно.
В светло-зелёных глазах отразилось недоумение, я же в свою очередь постаралась вложить в свой взгляд побольше негодования. Чтоб правдоподобнее казалось. Не знаю почему, но я посчитала, что так будет правильно — надеялась, что мне повезёт, и он решит, будто произошедшее вчера на кухне было лишь отголоском его бредового состояния. Не хотела, чтобы он чувствовал за собой вину. Быть может тогда, со временем, я перестану чувствовать её и за собой.
Так быстро проглатывать мой обман супруг не собирался. Он тоскливо прошёлся взглядом по разгромленной комнате. Вновь вернулся к моей шее. Не меньше минуты гипнотизировал мою видимо самую востребованную для него в последнее время часть тела. Сделал глубокий вдох и откинулся на спину, запрокидывая руки за голову.
— Кажется, я начал сходить с ума, — выдал довольно искреннее признание.
Немигающим взглядом Артур смотрел в потолок и не смотрел на меня, но я всем нутром почувствовала, что он ждал от меня ответа.
Эх, была не была…
— Всё дело в откате, Арт, — призналась я. — После моего заклятья. Так бывает. Чем сильнее чары, тем сильнее потом последствия.
Архивампир прикрыл глаза, шумно втягивая воздух.
— Знаешь, что-то мне уже не хочется, чтоб ты на меня снова эту жуть накладывала, — меланхолично произнёс он. — А какие именно последствия бывают? — супруг перевёл взгляд на меня.
Лицемерить, когда он смотрит мне в глаза, как-то не получалось уже настолько легко, поэтому обняла мужчину, уютно устроив голову у него на груди.
