— Я сама. Сама его убила, — не отводя взгляд от пятна на скатерти, говорю ей. - Я его убила, всадила ему ножницы в спину. — ком в горле давит спазмом, душит меня.
—Надеюсь, что это правда! — чеканит подруга. — Ибо он это заслужил!
Сказав всё вслух, на меня накатывает вся серьезность случившегося. Что мне нужно расплатиться за преступление, которое совершила. Я вскакиваю с места, мысли проносятся в голове стаей летучих мышей.
— Мне нужно пойти в полицию, нужно во всём признаться, — говорю, смотря на подругу.
Вижу, как она меняется в лице. Бледнеет. «Так будет правильно, каждый человек, должен отвечать за свои поступки» — убеждаю себя.
— Ты говоришь серьезно, — её глаза округляются. — Чёрт, ты вполне серьезна!
Она встаёт вслед за мной, на неё накатывает такая же паника, что и на меня.
— Нужно рассказать всё, как есть, нужно пойти и сдаться полиции, — полная решимости я поворачиваюсь и иду в комнату.
Через пару секунд за мной следует Азра, видит, как сняв пижамные шорты и майку, в спешке пытаюсь натянуть на себя сарафан.
— Не сходи с ума, — отбирает у меня вещь, кидает её в сторону, — Ты никуда не пойдешь. Сначала нужно все обдумать.
Хватая меня за локоть, тащит и усаживает на кровать.
—Расскажи, как все было, с самого начала.
Я собираюсь с мыслями, начинаю рассказывать ей. Получается сумбурно и обрывисто. Но подруга внимательно слушает меня, направляет, задавая вопросы.
—Вот подонок!!! - вскакивает с места, сжимает кулаки, когда я заканчиваю. - Как же так, Кам? Как ты могла полюбить такого?! Ты ведь его любила?
Её вопрос застает меня врасплох, спроси она меня об этом вчера утром, я бы с уверенностью с пеной во рту утверждала, что люблю его. Но сейчас, в эту минуту, я понимаю, что не знаю, что такое любовь, не знаю, что значит любить! Я ушла из дома, потому что отец сообщил, что мне предстоит выйти замуж за Адэма, и именно в этот период в моей жизни появился Инглаб. Такой добрый, заботливый. Я симпатизировала ему, мне льстило, что он влюблён в меня. И он стал для меня средством бунта, который я решила устроить отцу! Я утверждала, что люблю его, кричала об этом всей своей семье, бросила в лицо Адэму, и кажется сама в это поверила.
Этот год, что мы жили вместе, мы скорее были, как друзья, между нами не было страсти и огня, и мне казалось, что так и бывает, что это и есть настоящая любовь. Меня всё устраивало. А трудности, нищета, с которой я столкнулась, казались временными.
«Зато я добилась главного, избежала брака с Адэмом, все это стоит того.» — думала я.
Мне безумно нравилось, что я утерла нос Адэму Берку. Показала, что есть на свете ещё девушка, которая не сходит по нему с ума. Которая предпочитает другого.
—Я не знаю, Азра, не знаю, — отвечаю ей.
Не могу найти в себе силы признаться, что сама себя затянула в болото, в котором оказалась.
— В любом случае идти в полицию дурацкая идея. Забудь об этом, я не позволю тебе испортить себе жизнь.
Мысленно соглашаюсь с ней. Я и так испортила себе год жизнь из-за алчного ублюдка.
— Давай дождемся, когда вернется Демир, сделаем все, как он скажет, — продолжает убеждать меня.
Я соглашаюсь с ней. Наверное, потому, что сейчас для меня это проще всего. Стоит мне только подумать о том, как я окажусь за решеткой, волосы встают дыбом. Я не хочу проходить через это. Азра права, сначала мне нужно все обдумать. Мне нужно время. Немного времени и свободы.
— Вот и отлично, — говорит подруга, понимая по моему лицу, что я согласна с ней.
***
Несколько дней для меня пролетают как в тумане. Все, что я делаю, происходит механически, как на автомате. Погрузившись в свои мысли, я стараюсь анализировать всё, что со мной произошло. Прокручиваю в голове каждый день, каждый миг, который я провела с Инглабом. Теперь, когда пелена наивности слетела с моих глаз, я начинаю смотреть на все его слова и поступки по-другому. Понимаю, что не желала замечать очевидных вещей. Калейдоскоп противоположных эмоций, что я испытываю меняется со скоростью света.
Впадаю в уныние, как только начинаю представлять, что мне предстоит разговор с отцом. Он оказался прав. В очередной раз. Это злит и восхищает меня одновременно.
Закупив множество кремов и мазей, Азра лечит мои ссадины и синяки. Она пытается отвлечь и развлечь меня всеми возможными способами, хотя ей самой очень нелегко в эти дни. Я знаю, что находиться вдали от Демира пытка для ее психики.
— Прости, что из-за меня ты не смогла поехать к Демиру, — говорю Азре, словно очнувшись в миг от своих забот.
Мы сидим за просмотром какого-то только что вышедшего на экраны фильма. Но как я не стараюсь, не получается вникнуть в суть. Мрачные мысли все время отвлекают меня.
— Не говори ерунды, — машет рукой она, не отрывая глаз от экрана. — Возможно, это даже к лучшему. Отдохнет от меня. Я его уже, наверное, достала.
— Демир тебя любит, Азра, — говорю, почувствовав в её голосе грусть.
