— Каждый раз одно и то же. Хватит, летом если не найдёшь работу, то переедешь на отдельную квартиру, куплю тебе внедорожник, и дальше сам, становись самостоятельным.
На этом их дискуссия закончилась, Иван надел белый свитер и синие джинсы, обулся в зимние кроссовки, сверху накинул пуховик и вышел из дома. Преодолев три лестничных пролёта, он вышел на улицу и вызвал такси. Ждать долго не пришлось, подъехал серебристого цвета, с шашками на крыше «Шевроле-Круз». Он сел в салон, пристегнул ремень безопасности. Внутри салона было тепло, работала печка. Водитель — молодой парень, студент, подрабатывающий в такси. Он убавил громкость, в динамиках хрипел Григорий Лепс. Иван достал свой телефон и окунулся во Всемирную паутину. Поездка прошла быстро, но ехали они молча, водитель оказался неразговорчивым, а Иван лазил в социальных сетях.
— Приехали, — подъехав и свернув с дороги на обочину, сообщил водитель.
Ваня достал из кармана деньги, протянул их водителю, там было больше на пятьдесят рублей.
— Спасибо, сдачу оставь себе, — вылезая из салона, сказал Иван.
Он прошёл вперёд и приблизился к огромному, в готическом стиле, зданию. Неоновая вывеска гласила: «Глаз бога». Он зашёл внутрь. В глаза ему сразу бросилась мигающая цветомузыка. Справа две голые девицы танцевали на пилоне. Слева размещалась барная стойка. За ней стоял молодой бармен в классическом костюме. Он выглядел так, точно маменькин сынок вышел первый день на работу. В его глазах читалось, что если он пойдёт с женщиной в постель, то, как первоклассник, будет мучиться несколько часов с застёжкой бюстгальтера. Столы были вырезаны из дерева и располагались в шахматном порядке. Народу практически не было. Пара человек пили пиво, и молодая парочка в дальнем углу о чём-то беседовала. Всё веселье было за дюжиной бильярдных столов, они стояли в дальних углах. За одним столом двое мужчин, судя по выражению их лиц — местные охотники из посёлка, играли в бильярд. Иван прошёл несколько столов, пока его не окрикнули.
— Эй, братан, дуй сюда! — крикнул Владимир Валерьевич Коноплёв, сын того самого Валерия Владимировича Коноплёва, что собирался баллотироваться во второй раз в мэры города.
Накачанный, широкоплечий бугай. Чёрные волосы, короткая спортивная стрижка. Ему было тридцать три года. На шее висела золотая цепочка, на пальцах-сардельках были золотые перстни: на правой руке — на среднем и безымянном пальцах, на левой руке был один перстень на указательном. Кожаные брюки, майка чёрного цвета и сверху косуха нараспашку — он чем-то напоминал рокера, играющего тяжёлый метал. Иван подошёл, и они пожали друг другу руки.
— Вот, смотри, как нужно шары гонять, — саркастически сказал Владимир.
Он пригнулся над столом и приставил кий к бильярдному шару. Яркий свет из четырёх мощных ламп, висящих над столом, чуть не ослепил его. Он прицелился, прищурив правый глаз, и ударил кием по шару. Шар покатился и, ударив по другому шару, отрикошетил и угодил в лузу.
— Неплохо, — скрипя прокуренными зубами, с натянутой улыбкой клоуна сообщил его соперник.
Это был мужчина сорока пяти лет, с рыжеватой бородой, точно веник торчащей в разные стороны на подбородке. Владимир обошёл стол и, прищурив глаз, прицелился, и снова удар — игрок не мог и ожидать, что шар, задев сразу два других шара, отправит их в лузу.
— А у тебя талант, парень, — заявил бородатый.
— Да он с детства надрессирован, — пояснил Иван.
— Ты не скучай, вон мой столик, можешь присесть, пивка тяпнуть, — обратился Володя к Ване.
Тот прошёл за стол и, схватив кружку пива, начал жадно пить, опустошив одним глотком полкружки, пристально наблюдая за игрой. Снова последовал удар, и снова шар попал в лузу. Вторым глотком он прикончил ещё полкружки. Игра подошла к концу. Бородатый пожал сопернику руку, и Володя подошёл к столу. Схватил пиво и выпил кружку залпом.
— Ну что, погнали? — предложил он.
— В смысле? Ты же выпил, — удивился Иван.
— Да брось, если что, батёк отмажет, — улыбнулся Володя.
Они покинули заведение и залезли в салон ультрафиолетового цвета автомобиля «Порш-Кайен». Владимир завёл двигатель, а Ваня пристегнулся, и они поехали. Володя включил дворники, и они сметали рыхлые снежные хлопья.
— Ну, рассказывай, как твоя жизнь протекает?
— Да ты знаешь, как-как! Мамка запилила, хочет, чтобы я нашёл работу, и всё в таком духе.
— Ты знаешь, давай с отцом перетру, может, куда-нибудь тебя засунем.
— Ну, покалякай.
— Ну, ты знаешь, лучше какую-нибудь фирму открыть и руководить ею.
— Я ей об этом твердил, она думает, я разорюсь, и не хочет выкидывать деньги на ветер.
— Ладно, не гони, а просто забей. Что-нибудь придумаю.
Автомобиль свернул вправо, съехав с асфальтированной трассы на более рыхлую. Он остановился около шлагбаума. Из охранной старой невзрачной будки вышел охранник пенсионного возраста.
— Петруха, отворяй калитку, я приехал.
— Здорова, — прохрипел прокуренным голосом мужчина.