Военачальник Варкас вёл отряд в набег на лопарские стойбища. За зиму саамы добыли немало пушнины – самое время налететь и отнять, что получше. Молодым воинам, впервые вышедшим в поход – а их у Варкаса два десятка – полезно будет погоняться по тундре за лопарями, устроить облаву на рассеявшихся на просторе людей, искупать копья и мечи в человеческой крови. Дело даже не в добыче – лопари не должны забывать, кто хозяин на Севере. Осенью люди Лоухи снова наведаются в Лаппи – на этот раз за нагулявшими жир северными оленями.
Кроме набега у военачальника были и иные заботы. Зимой в Лапландии сгинуло четверо чужеземцев, что ушли сторону полуночи по воле Хозяйки Похъёлы. В Корппитунтури уже приготовлены колья, осталось только найти их черепа. От такой работы душа Варкаса радовалась – жалко лишь, что он не срубит эти головы с ещё живых врагов. В том, что гости эманты враги, военачальник не сомневался ни на миг – чужак не может быть другом. Если он слаб – он добыча, если силён – враг, или добыча, с которой приходится возиться дольше, чем хотелось бы. Этих же запретила трогать сама Лоухи; мало того, Варкасу пришлось принимать их самому, точно гостей. Он возненавидел пришлых, особенно их вождя – не по годам рассудительного карела-сувантолайнена. Карел не был ни бойцом, ни задирой, но Варкас чувствовал в нём вызов и не находил способа этот вызов принять. Ну да ничего. Когда они встретятся снова, у сувантолайнена не будет ни языка, чтобы заводить свои речи, ни глаз, чтобы увидеть, кто сложил его голову в мешок!
Третье веление эманты – посетить урочище Нойдантало и снабдить хозяйку-нойту припасами. Их везут на отдельной волокуше – одинокая жительница урочища не должна нуждаться. Её служба тяжела и почётна, и заботу о ней проявляет сама Лоухи. Задача несложная, но, если бы Варкас мог, он отказался бы от неё. Для него молодая нойта Велламо Хирвиотар была не только хранительницей священной рощи Хийси. Она – горькая память, символ давнего поражения…
У опушки леса, где жила нойта, отряд остановился на привал; к дому колдуньи Варкас направился вдвоём со своим помощником – младшим вождём Мортту: тот вёл под уздцы запряженного в волокушу с припасами коня. По обычаю Варкас трижды постучал у калитки, но не дождался ответа. Тогда он осторожно шагнул во двор, отворил дверь избушки. Дом был пуст, и пуст давно – в дверном проёме уже немало потрудился паук. Дом опустел, но не выглядел брошенным внезапно или разорённым недругами – из него просто ушли хозяева. Варкас захлопнул дверь, огляделся по углам и втянул ноздрями воздух – порой запахи говорят не меньше, чем свежие следы на снегу. И на этот раз похъёланин учуял странное. Так не пахнут ни сородичи, ни лопари, ни норья. К привычному запаху примешивался дух… Карелы? Они жили здесь?
Страшная догадка поразила военачальника. Стараясь скрыть волнение, он поспешно вышел на улицу и окликнул Мортту:
– Оставайся здесь, жди меня. Я должен посетить священную рощу Хийси.
– Но ведь мы направляемся туда всем отрядом! – удивился младший вождь.
– Некогда, Мортту! Я спешу! Жди! – Варкас торопливо шагал в северную сторону.
Вот показался знакомый проход в священную рощу – из глухого бора выбегает незаметный ручеёк, вот тропа сквозь дебри вдоль ручейного русла: Варкас бежал что есть сил, закинув меч за спину. Он не смотрел по сторонам, не убавил ходу, когда тропа повела вверх по крутому склону – тревога росла с каждым шагом. Военачальник Похъёлы выскочил на поляну Сампо – и по-звериному зарычал, уставившись на пустое место в кругу сосен…
Лоухи, хозяйка Похъёлы, хранила осколок Сампо как знак своей власти и могущества – ни один владыка из числа живущих не мог бы похвалиться неземным сокровищем. Легенды гласили, что некогда волшебная мельница Сампо сама молола для народа Сариолы хлеб, соль и даже золото, и всего этого было вдоволь. Варкас не верил легендам – он не застал счастливых времен Похъёлы. Он и не считал чудесную мельницу нужной вещью – меч и секира накормят не хуже, было бы только с кем воевать. Но в одну мысль древних рун Варкасу всё же хотелось верить. Сказители пели, что Сампо пускало корни в землю. Стало быть, и осколок, принадлежащий Лоухи, мог прорасти! Что за плоды созреют тогда в священной роще Хийси? Чем обогатится эманта, чем наградит верных приспешников? Всякий раз, посещая капище, Варкас украдкой посматривал под льдистый кристалл – не протянулись ли корни, не питается ли Сампо соками земли? Но всякий раз он уходил разочарованным.
И вот осколок исчез! Нет сомнений, это происки чужеземцев. Но почему? Как им удалось проникнуть в святая святых Сариолы? Почему грозный дух, хозяин священной рощи не расправился с ними? Где они сейчас, куда увозят краденое чудо? Не из-за них ли исчезла нойта Велламо? Проклятье, что они сделали с ней? С этими мыслями Варкас рыскал вдоль и поперёк по капищу, выискивая следы похитителей.
