Руслан посмотрел на неё, гнев обуял его. Это она была причиной всего – всей этой пустоты, всей этой грязи, которую он сделал… Если бы не она, он бы снова зажил, как раньше. Руслан перевёл взгляд на нож в её руках. Этот нож похож инструмент, на ключ от двери, ведущей из кошмара…
Женщина разрезала свёклу и кинула в кастрюлю.
– Я знаю, о чём ты думаешь, – она усмехнулась. – Слышу твои мысли. Не такие уж мы и разные, Руслан. В тебе тоже есть хаос. Моё проклятие лишь подтолкнуло тебя к нему.
Руслан молчал. Он и сам замечал, что в первые дни после жертвоприношения у него просыпался аппетит, он ощущал запахи, его тянуло к девушкам. Конечно, он всё так же был немощен в постели, но во всём остальном чувствовал себя полноценным. Страшные слова, сказанные озерной ведьмой, были правдой.
Руслан собрал всю оставшуюся в его теле решимость и сказал:
– Я не приведу к тебе больше ни одной девушки, – он подошёл ближе и плюнул в кастрюлю со свёклой.
Ведьма не кричала ему в след, не угрожала. Она молчала. А Руслан боялся обернуться. Лишь, когда деревня скрылась за холмом, он опустил плечи и тяжело выдохнул, словно всё это время держал в лёгких воздух.
Руслану повезло. Он довольно быстро поймал попутку, мужик согласился подбросить его до города. В голове его ещё шумела злость. Она давила на виски. Чем дольше он думал о проклятии, убийствах девушек и словах ведьмы, тем сильнее убеждался в верности сделанного им выбора. Он должен был разорвать этот круг и понести заслуженное наказание.
На вокзале Руслан расплатился с водителем и побрёл в сторону дома. Лёгкий рюкзак висел ярмом. Из головы не выходили мысли о мертвецах из его сна и загубленной им Насте. Он понуро шёл по пустынной улице, когда заметил впереди девушку с копной пышных чёрных волос. Руслан и до проклятия всегда оживлялся, видя симпатичную девушку, ему нравилось любоваться чертами лица и изгибами фигуры, даже если знакомство по какой-то причине было невозможно. Он перебирал в мыслях фразы, подыскивая ту, с которой можно было бы начать всё с нуля…
Но когда они поравнялись, все слова застряли в его горле – лицо девушки исказилось и на мгновение почернело.
«Наверное, мне почудилось. Привиделось, – сказал он себе. – Я просто перегрелся на солнце или схватил тепловой удар в машине».
Он принялся на ходу массировать виски, стараясь унять нарастающую головную боль. Срезая через детскую площадку, он заметил на лавочке соседку, тётю Любу. Она была маминой знакомой. Женщина с ним поздоровалась, а Руслан… резко врос в землю и побелел.
– Что с тобой, Русланчик? – произнесли обескровленные губы.
Парень бросился к дому и чуть не сшиб пятилетнюю внучку тёти Любы. Девочка выскочила ему навстречу с распростёртыми объятиями. Её иссушенные ручки скользнули по ногам Руслана и оцарапали их, как ветки акации. Парень перескочил через невысокий заборчик и трясущимися пальцами приложил ключ к домофону.
В подъезде было сыро и прохладно. Руслан остановился в предбаннике. Ему не хватало воздуха. Каменные лестницы плыли перед глазами.
В голове шумело, и сквозь этот шум пробивалась лишь одна мысль. Как азбука Морзе, как сигнал о помощи, как космический свет далёких звёзд…
Все женщины стали нежитью!
2019
(Рассказ)
1
На железнодорожной станции Багряный дол Сим услышал стук тяжёлых ботинок. Это новый пассажир двигался по вагону. Шумя поклажей, он медленно приближался к купе. Сим накрылся колючим одеялом и сделал небольшое оконце в его складках. Появившийся через мгновение пассажир был настоящим гномом! Невысокий, кряжистый, лысый, с длинной нечёсаной бородой-лопатой.
Осторожно положив короткий меч на деревянные нары, гном сбросил заплечный мешок, который тут же, ударившись об пол, звякнул железом. Отодвинув его в сторону, гном, кряхтя, снял мокрый походный плащ и повесил его на гвоздь. Затаивший дыхание Сим заметил на поясе нового пассажира внушительного вида пистоль с ударником в виде головы цапли. Наблюдая за гномом, мальчик боялся пошевелиться и выдать себя. Даже когда тот улёгся и задремал, он продолжал следить за ним, не вылезая из-под одеяла.
Тем временем поезд, покинув дождливую мрачную станцию, уже вовсю нёсся к залитым рассветным солнцем перелогам.
2
– Сим! Просыпайся! Всю жизнь так проспишь! – голос старшего брата вытянул мальчика из глубокого сна.
Симмек сел и вяло захлопал глазами. Ему снился дом и няня Виша, она наливала в деревянную кружку парное молоко. Как же Сим не хотел отпускать этот сон!
– Давай-давай, – Хобб взъерошил его волосы.
Сим поднял на него глаза. Брат, уперев руки в бока, возвышался над ним. Это была его излюбленная поза, перенятая у коменданта Игвардсона из лагеря беженцев под Имметом.
