Судьбу Мирим Лаор предопределила чужая воля - девушке суждено выйти замуж за владыку демонов и умереть, чтобы могла возродиться другая его жена. Истинные цели этого союза остаются скрытыми и беспокоят хранителя мира между демонами и небожителями Эдриана Дайлу, который оказывается втянут в непонятные замыслы владык-полубогов. Пытаясь разобраться в причинах, Эдриан хочет заодно найти способ спасти смертную девушку от уготованной ей участи, не подозревая, что впервые в своей очень долго жизни наконец-то встал на полный тревог и опасностей путь чистой и искренней любви.
В северной части королевства Шаэн два десятилетия назад даже младенцы знали, что ночь принадлежит злым духам. Стоило дневному светилу опуститься за вершины Срединного хребта, как на охоту сразу же выходили самые жуткие из чудовищ - оборотни, способные принимать человеческий облик. Они приходили в людские селения под видом усталых путников. Стучались в окна и двери домов, просились на постой или молили о помощи, а все, кто откликнулся на эти мольбы, умирали ужасной смертью. Кровожадные оборотни не щадили никого. Именно поэтому жизнь в северных селениях замирала сразу же после заката. Взрослые не выходили на улицу, малые дети не плакали в своих колыбелях, а дикие горные псы с наступлением сумерек начинали громко выть, предупреждая людей о том, что ночь подобралась к их домам совсем близко. В одну из таких тёмных и страшных ночей беда постучалась и в дом семьи Лаор.
– Брат! Сестра! Откройте! За мной гонятся эти проклятые отродья тьмы! - раздался знакомый голос одновременно с сильными ударами в дверь.
– Это Дан? - шёпотом спросила Нейла Лаор у своего мужа Фэна.
– Похоже на то, - так же тихо и не слишком уверенно ответил ей муж.
– Откроешь? А вдруг это не он?
– А если он? Его же живьём там сожрут.
Фэн подкрался к двери, стараясь передвигаться как можно тише, и прислушался. В горах где-то совсем близко выли собаки - в этот раз громче, чем обычно. За дверью кто-то тяжело дышал. Хозяин дома прижался ухом к плотной древесине, чтобы слышать лучше, но сразу же отшатнулся, потому что в дверь снова ударили с улицы.
– Брат!
– Дан? - негромко спросил Фэн. - Почему ты не дома?
– Да открой же эту клятую дверь! - прогремело снаружи, и Нейла зажала рот руками, чтобы не закричать.
За дверью был не Дан. Брат Фэна погиб, и чудовище притворилось им, чтобы поживиться в других домах. Злые духи не могут принимать чей-либо облик, пока не попробуют на вкус его или её кровь. Отличить их от настоящих людей можно только по двум признакам - они никогда не дают прямых ответов на простые вопросы, а если начинают терять терпение, то перестают контролировать силу своего голоса.
Фэн Лаор не открыл дверь. Он и его беременная жена спрятались в подвале и сидели там, прижавшись друг к другу, до самого рассвета. На рассвете у Нейлы начались схватки - намного раньше положенного срока, потому что женщина очень сильно испугалась. С первыми проблесками начинающегося дня ночная опасность отступает, поэтому Фэн спокойно вышел из дома, чтобы позвать на помощь жене кого-нибудь из женщин. Он не мог знать, что этой ночью оборотни пришли в людское селение не для того, чтобы убивать. Не мог даже предположить, что злые духи привели с собой демонов из Огненных Пустошей. И, конечно же, он не мог догадываться о том, что демонам была нужна его ещё не родившаяся дочь.
Ночью в селении не умер никто, кроме Дана Лаора, но утром не стало ещё и Нейлы - несчастная женщина истекла кровью, произведя на свет полумёртвое недоношенное дитя. Никто не пришёл ей на помощь. Никто не держал за руку, когда она умирала. Никто не вынес из дома, когда соломенная крыша без видимых на то причин занялась огнём. Фэн спас бы её, но он не мог сдвинуться с места, потому что был скован тёмной магией злых духов. Он мог только смотреть, как горит его дом, и плакать - беззвучно, всем сердцем. А некоторое время спустя, когда духи и демоны ушли, сняв с несчастного крестьянина магические чары, из обугленных руин почти полностью сгоревшего жилища донёсся детский плач. Фэн Лаор нерешительно подошёл к ещё не остывшему пожарищу, осторожно пробрался внутрь и обнаружил рядом с обгоревшими останками жены чистенького, розового младенца - девочку. На малышке не было даже пятнышка сажи, ни одного ожога. Лишь кусочек пуповины возле округлого животика выглядел оплавленным.
«Мирим», - вспомнил Фэн имя, которое Нейла хотела дать ребёнку, если родится дочь.
- Отродье демона! Смотрите! Демоница идёт! Бейте её!
