— Не сошлись характерами, — сухо пояснил вампир, без всякого энтузиазма принимаясь за нарезание сыра. — Притом очень давно. Годков эдак двести назад он привел ко мне в дом пятнадцатилетнего мальчишку и попросил, хотя чего выпендриваться, приказал воспитать его согласно нашим обычаям. Обучить скрытности, самоконтролю, тысяче и одной способов убить человека без лишнего шума, показать, как избавляться от нежелательных тел, познакомить с анатомией и далее по списку. Должен сказать, я впервые столкнулся с ребенком-вампиром. Да, фактически он был всего на три года младше меня, но…Я не хотел для себя такой жизни, ненавидел каждую минуту своего существования. Так почему, задумался я, почему этот юнец обречен на беспросветные страдания? Наше бытие ведь не жизнь вовсе, так, злая насмешка над людским тщеславием. В общем, я избавил его от мучений. И Северина это разозлило, никогда прежде я не видел в его глазах столь взрывоопасной смеси. Он велел мне убираться, а когда я с радостью кинулся к двери, бросил в спину, что обязательно отомстит. Непослушание-де карается Законом. Под последним термином он подразумевал себя, я так понимаю.
— И что? — полюбопытствовал я, доставая из холодильника, под завязку набитого всем ассортиментом гастрономических радостей, необходимые для соуса ингредиенты. — Он отомстил?
— Как видишь, — развел руки в сторону Лео, отодвигая от себя разделочную доску. Нет уж, наглая твоя морда, рабсилу я предпочитаю использовать с садистским тщанием! Поэтому водрузил по центру стола блэндер и вручил парню вымытые овощи. — Но что для него два жалких века? Так, крупицы в безразмерных песочных часах. Ему больше семи столетий, а это накладывает особый отпечаток неспешности, изъято из личного опыта. Другие кандидаты имеются?
Я отрицательно помотал головой, лихорадочно листая страницы толстенной поваренной книги в поисках нужного рецепта.
— Слушай, меня поражает твое спокойствие! — неожиданно воскликнул вампир, агрессивно выдергивая штепсель измельчителя из розетки. — Ты хоть представляешь, что нас ждет, если вдруг Гудман и впрямь открыл сезон охоты?
— Слушай, — в тон ему заговорил я, — от тебя и твоей чертовой суетливости в прошлом были одни проблемы. Мыслить здраво ты все равно не умеешь! Когда понадобится хваленая физическая сила, я свисну, а до того момента настоятельно советую помалкивать.
— Ага, я натс, ты мозг, — мгновенно сбавил он обороты, находя мое состояние опасным для общества, — усвоил и больше не тявкаю. Тогда давай проясним еще одну темную проблемку, как насчет Астрид? Ну того, что я сделал и все такое.
— Ее не вздумай вмешивать во все это, — вполне миролюбиво произнес я, выливая в кастрюлю кремообразную смесь из овощей и специй. — И если еще хоть раз тронешь, засуну отрезанную голову, знаешь, куда?
Лео не ответил, да мне и не требовалось его пояснение. Когда-то мы ведь были друзьями, притом очень близкими, и понимали друг друга с полуслова. И сейчас, на радость ли или действенную скорбь, эта часть наших отношений вернулась в придачу со всеми вытекающими последствиями. Вместе с любовью к Айрис из моего сердца пропала и ненависть. Я не чувствовал к д`Авалосу прежнего отвращения, скорее наоборот, благодарность. Он избавил меня от главного проклятия — этой застарелой, заплесневелой, удушливой тяжести в груди, неизменно напоминающей о вине. Я чист перед всевышним, все грехи возлагаются на плечи женщины, которая своей ложью изменила меня до неузнаваемости. Именно ей предстоит держать отчет за душу, лишенную права на покой. Меня же ждет впереди Астрид. Я не из тех, кто, обжегшись молоком, дует на водную гладь. Мне не мерещатся повсюду теории вселенских заговоров. Я верю этой девочке и ее любви. В противном случае, бойкое место в психиатрической клинике мне уготовано отнюдь неспроста.
Кстати, что-то Звездочка задерживается…По самым скромным подсчетам я оставил ее, разгоряченную, мягкую, томительно нежную и неудовлетворенную, в спальне около получаса назад. Неужели заснула?
Изнывая от желания увидеть ее умиротворенное лицо и коснуться кончиками пальцев призывно открытых губ, я велел Леандру зорко следить за булькающим варевом и прогулочным шагом добрался до спальни, оказавшейся пустой. Хм, а предупреждать о тяге к маленькой экскурсии по четырехкомнатным апартаментам?
В подтверждение худшим догадкам, девочка нашлась в бывшей комнате истеричного 'завтрака'. Она сидела на голом матраце, очень вдумчиво разглядывая примостившиеся в разных углах десятиметрового помещения пластиковые пакеты, и не заметила моего бесшумного появления.
— Пытаешься понять, насколько близок я к отметке 'монстр'? — излишне кривляясь, полюбопытствовал я.
