Идя по одной из главных улиц и время от времени сверяясь с картой, я свернул в темный переулок. Чем глубже мы уходили, тем меньше становилось звуков города. Но появилось кое-что другое. В подворотнях играли тени. Время от времени были слышны выкрики и женский визг. Такие места всегда были небезопасны, каким бы город ни был. Темная сторона с преступностью, головорезами и насильниками.
Я зашел в неприметное здание в отдалении от всего этого. Виктор благоразумно остался на входе следить за окружением.
Что я тут делаю? Пришел пообщаться со старым знакомым. Хотя, как знакомым. Наши предки когда-то служили вместе в Имперском флоте, а потом этого человека выпнули пинком под зад за нарушение субординации. Забавно… Хотел бы я увидеть воочию, как он послал на три буквы тогдашнего заместителя командующего. За такое обычно и грех не убить было. Но, без понятия как, вопрос решили «мирно», и мой, по сути, дядька, отделался увольнением и наставлением, чтобы в Империи его ноги больше не было. Похоже, он и не против был. Только сообщил моему отцу и нам в частности, что отправляется в Союз. Ну а пока мы гуляли, я прошерстил базу жителей Союза, благо информация находилась в открытом доступе. Данные дяди у меня были, а найти адрес труда не составило.
В доме было…грязно. Запах немытых тел, паутина, тусклые лампочки без плафонов, еле-еле освещающие помещение, мешки с мусором, в которых угадывались банки из-под пива. И тело, валяющееся на спине, что храпело на всю комнату. Мда…
Я пошел в ванную, набрал тазик мутной желтой воды. Подумал, и это на него выливать? А, пофиг.
— Ааааа!! Чё за нахер!? Ты кто, бля? — первые крики были настолько громкими, что я поморщился. — Сука…
Мой дядька пошел в атаку. Будь он трезвым, я бы и не справился с таким медведем. Когда на тебя как осадное бревно прёт двухметровая туша, всё твоё желание становится — это свалить с «линии огня». Но…
— Ах ты! А ну отпусти меня, молокосос недоделанный! Да я тебя живьем закопаю! — всё орал он, лежа с вывернутой рукой.
Я же сидел сверху, прижав его лицо к полу.
— Тихо, дядь Роберт, неужто не узнали? — улыбнулся я. — Это же я, Глеб. Племянник ваш. В гости прилетел.
— Глеб? Ыы — у Роберта на лице появилась дибильная улыбка. — Глеб! Глебушка! А чё ты тут делаешь?
Капец, ну и смена настроения…
— Говорю, в гости прилетел. Поговорить тут, дела обсудить. Дела важные. — акцентировал я внимание на последних словах.
Что я любил в своём дядьке, так это подход к делу. Если это что-то важное, пусть он хоть в стельку пьяный будет — дело сделает. Причем качественно…
— Важные дела, говоришь? Эээмх… Отпусти.
Я отпустил. Роберт тяжело встал, уперев руки в колени. Какое-то время покачавшись и немного придя в себя, он всё-таки умудрился сфокусироваться на мне.
— Дай десять минут.
Дядя ушел в ванную. Я сидел в кресле и осматривался. Нестиранная одежда, мусор, что я упоминал ранее, обшарпанные стены с кусками прилепленной бумаги, когда-то бывшей обоями…
Что же с тобой произошло, дядя Роберт? Как ты пришел к такой жизни на дне общества?
Из моих дум меня вывел вышедший из ванной дядька. Он подошел к заляпанному отпечатками рук холодильнику, и, достав оттуда новую банку пива, сел напротив меня.
— Ну чё, племянник ты мой, рассказывай. Какими судьбами тебя занесло в эту дыру?
В его интонации еще угадывались отголоски похмелья, но говорил он уже вполне внятно.
— По работе залетел, дядя. Знаешь, много чего произошло. Теперь я тоже не могу вернуться в Империю. — сказал я с легкой усмешкой.
Роберт взглянул на меня каким-то непонятным взглядом, то ли осуждения, то ли огорчения.
— Пф. — он припал к банке, после чего спросил. — Ты то что натворил?
Я кратко описал всю ситуацию, начиная от экспедиционного рейда на Галоцероне, заканчивая нашим пребыванием на Эдеме и решением прилететь сюда…погостить. Многое, касающееся Синано, я, конечно же, пропускал. Ни к чему ему это знать.
— Ну делаааа… — протянул он, после чего вновь припал к банке.
Посидев так около минуты, он продолжил.
— Никогда бы не подумал, что такое вообще возможно. — он секунду смотрел в одну точку, а потом громко засмеялся.
— Ахах…извини…хах…просто…это, скажи, какого это, быть врагом Харриера? Ты говоришь, что у вас было сражение? Расскажи.
— Да что тут рассказывать, дядь Роберт. Сам же знаешь, как беспощадно он уничтожает врагов Империи. А что я чувствовал? Хм… — я вспоминал те ощущения. — Ужас. Отчаяние…Ответственность. — сказал я, глядя ему в глаза. — за Синано и Виктора.
— Кстати, где он? Вы же вдвоем прилетели? — хмыкнул он.
— Да, на входе стоит.
— Позови его.
Через минуту подошел Виктор.
— Здравствуйте, Роберт.
— И тебе привет. Присаживайся. Давно не виделись, Виктор.
— Угу.
— Эх… — вздохнул Роберт. — Как же я по вам соскучился! Сколько лет прошло? Я уже и не помню… Еще мальцами бегали в ногах папаши, а теперь…теперь такие же изгои, как и я. Хех.
Я лишь пожал плечами, улыбнувшись.
— Может, выпьете? Только ничего, кроме пива, нет.
— Пожалуй, не откажусь. Виктор, будешь?
— Давай. Спасибо, дядя Роберт.
