Значит, поэтому у аптекаря не нашлось тех медикаментов. Наверняка это были не иммуноподавляющие средства, а таблетки, которые должны были отключить его сознание; парализовать его или полностью изменить. Сильные психотропные средства, как и предполагал Стойя, полицейский в участке.
Марк вытащил из кармана куртки полиэтиленовый пакет с неоплаченными лекарствами и достал аспирин. Хотя он чувствовал себя лучше, чем еще пару часов назад, но основные симптомы — головокружение, тошнота и свинцовая тяжесть в руках и ногах — не исчезли.
— А что Хаберланд мне дал? — спросил он Бенни и задумался, как отреагирует его желудок, если он проглотит таблетку без воды.
— Ничего.
Его брат перестроился в правый ряд для выезда на городскую скоростную автомагистраль. Стеклоочистители яростно сражались со снежными хлопьями, которые не оставались на ветровом стекле, но все равно мешали обзору.
— В доме у милого профессора не оказалось ничего подходящего, — объяснил он, глядя на пакет в руках Марка. — Последнюю таблетку парацетамола получила твоя подружка, сидящая сзади.
«А что тогда с пластырем? Местом от укола в руку?» — хотел спросить Марк, но потом вспомнил, что сдавал кровь в клинике Бляйбтроя. Подготовка к эксперименту с амнезией, в котором он никогда не собирался участвовать и тем не менее попал в него.
«Мне лучше, потому что действие таблеток ослабевает? Я вижу яснее, с тех пор как перестал их принимать? У меня была кратковременная ломка, а сейчас я на пути к выздоровлению?»
Они ехали по пустынной автомагистрали на север. В отличие от дождя — который, подобно тромбозу, тормозил движение по артериям столицы — первый снег всегда оказывал очищающее воздействие. На дорогах становилось пусто, и тот, кто не боялся или ехал в надежном автомобиле, продвигался быстрее, чем в час пик. И сейчас огни других машин впереди и сзади были так далеко, что их с трудом можно было различить.
Вид снаружи был таким же размытым и нечетким, как и взгляд Марка внутрь. Он все еще не имел ни малейшего понятия, какую роль играла Сандра в этой сумасшедшей инсценировке, для которой даже написала сценарий. Сценарий, который предвосхищал все психологические травмы, которые он пережил. Как такое было возможно? Почему детская кроватка стояла в их спальне? И почему Сандра захотела изменить завещание, как утверждал таинственный адвокат? Впрочем, а существовал ли вообще адвокат? Может, его так же не было, как и клиники, которая исчезла перед его глазами?
«И даже этот невидимый указатель снова ведет меня к Константину», — мысленно заключил Марк. Как-никак он прочитал объявление о клинике Бляйбтроя в журнале, который лежал в приемной отца Сандры.
Научиться забывать.
Но что?
«Что еще произойдет сегодня, тринадцатого ноября?»
В его голове прозвучал голос профессора Хаберланда: «Вспомните то, что вы хотите забыть!»
Как ему это сделать?
Телефон Бенни запищал и вывел Марка из задумчивости.
— Что там? — спросил он, увидев, как омрачилось лицо брата, когда тот прочитал эсэмэс и снова убрал телефон в консоль между сиденьями.
— Ничего, просто небольшие изменения в плане.
— О чем ты?
— Я больше не могу тебя сопровождать, Марк. Я и так уже потерял слишком много времени.
— Времени для чего?
Бенни грустно улыбнулся:
— Этого тебе не нужно знать. Я одолжил деньги не у тех людей и…
Неожиданно Эмма вскрикнула. В тот же момент Марка кинуло вперед, и он взмахнул руками.
— Черт возьми, это еще что за псих? — закричал Бенни и яростно загудел. Слишком поздно, чтобы вызвать у подрезавшего их водителя что-то кроме усталой улыбки.
Марк замер.
Машина, которая сменила перед ними полосу и теперь на бешеной скорости неслась к съезду на Темпельхофер-дамм, была обыкновенным лимузином, которые тысячами сходят с конвейера. Номера были освещены, но из-за грязи ничего нельзя было разобрать. Однако Марк не сомневался, кто их только что обогнал: желтый «вольво», сфотографированный Эммой перед полицейским участком.
И Марк был уверен практически на сто процентов, что с пассажирского сиденья к ним обернулась светловолосая женщина.
— За ними! — закричал Марк и, не успел Бенни запротестовать, схватился за руль.
Машину дернуло вправо. Сила, с которой их бросило вперед, могла сравниться с ударом в автомобильной аварии, но это Бенни всего лишь нажал на тормоза, чтобы вернуть контроль над машиной.
— Ты с ума сошел? — закричал он почти одновременно с Эммой, которая, к счастью, пристегнулась на заднем сиденье.
— Сандра, — сказал Марк и показал вперед.
Здесь, в центре города, было теплее, чем на Мюгельзе, снег сразу же таял, касаясь асфальта, и видимость была значительно лучше.
— Где? — Бенни пришлось выбрать съезд на Темпельхофер-Дамм.
— Там, в «вольво».
— Ты бредишь.
— Пожалуйста! — Марк услышал отчаяние в своем голосе. — Сделай мне одолжение.
Его брат покачал головой, словно сам не мог поверить, во что ввязался, но ускорился.
Они мчались по Темпельхофер-Дамм в сторону площади Воздушного Моста, мимо закрытого аэропорта.
