Оникс мрачно смотрел ему вслед и думал, как они выстоят и многие ли пали духом после речи этого отребья? Он повернулся и посмотрел на лица бойцов, все они были мрачными. Оникс сражается за Эвелину, а за что сражаются они? Он велел собраться всем на главной площади замка. Нужно дать им эту цель и волю к борьбе. Много времени на сборы не понадобилось, примерно тысяча человек включая ополчение, собрались за полчаса. Оникс забрался на фургон и оглядел защитников крепости, все они были встревожены и напуганы. Многие из них знают, что у них нет шанса на победу, но с такими мыслями нельзя идти на смерть.
- Нас всех ждут серьезные испытания, но мы должны верить в себя и бороться за своих близких. Да, враг силен, но мы сильнее, потому что нас зажали в угол и не оставили выбора. Мы сильнее, потому что мы сражаемся за свободу и жизнь, мы сильнее, потому что все мы братья, которые преследуют одну цель. Мы должны выжить, чтобы наши потомки могли, нами гордится, мы должны выжить потому что «Стальной кулак» еще не знал поражений, и мы не имеем права позориться перед этими стенами. Мы лучший гарнизон в мире и в этой битве мы это докажем. За «Стальной Кулак», парни и пусть старуха с косой сдохнет от страха!
И когда сотни глоток кричали за «Стальной кулак», Оникс кричал: «За Эвелину». Крепость была готова встретить врага или свою смерть, Оникс наблюдал, как все деловито принялись за свои обязанности. Конечно, страх не исчез, но чувство обречённости исчезло.
Два дня их не трогали, а потом у врага появилась артиллерия, и многочисленные катапульты начали забрасывать их камнями. Вот тогда и стало жарко, замковые катапульты пытались сбивать катапульты врага, но стоило прицелиться, как враг менял позиции катапульты. Приходилось снова подбирать направление и силу удара, у врага таких проблем не было они, просто забрасывали крепость камнями. Две сотни катапульт врага располагались вокруг замка и беспощадно его обстреливали.
Оникс сидел в своем кабинете и мрачно прикидывал варианты, Эвелина сидела рядом, и личико ее было не менее мрачным. Он хотел, чтобы она улыбалась, но понимал, что это невозможно. Поэтому он просто сидел и наслаждался чертами ее лица, изгибами ее тела и… вогнал ее в краску. По крайней мере, это лучше, чем обреченность. Дверь в его кабинет открылась и на пороге появилась Сирэль. Оникс обреченно застонал и уронил голову на стол, только ее здесь не хватало.
- Сирэль, тобой недовольна, Оникс - заявила Сирэль, с ногами залезая в кресло, - поэтому я пришла, чтобы выслушать твои отговорки.
- Сирэль, прекрати, - застонала Эвелина.
- А что, сразу Сирэль? – надулась Сирэль, - я сижу в библиотеке и учусь, никого не трогаю, и вдруг начался этот шум. Я закрыла уши, но это не помогает, потом весь замок начал ходить ходуном. Это безобразие, у меня буквы перед глазами начали бегать. А потом и вовсе камни полетели, один из них попал в библиотеку. Я полчаса пыталась вытащить книжку из-под этого булыжника, в итоге я поломала себе ногти. Оникс, я не могу работать в таких условиях, а если я что-нибудь напутаю и запомню неправильно?
- Это будет конец света, - буркнул Оникс, веселость Сирэль его раздражала, Эвелина тоже не улыбалась.
- Что все так плохо? – вздохнула Сирэль.
- Пациент при смерти и лечение не помогает, - объяснила Эвелина на языке Сирэль.
- Тогда дело плохо и мне пора вмешаться, - Сирэль поднялась с кресла, - только не надо раскисать, ребята. Сейчас я начну творить добро в лечебнице, и наши защитники станут бессмертными.
Когда Сирэль ушла, Оникс тоже поднялся, ему надо было проверить обстановку и отдать новые приказы. Здесь его всегда ждет Эвелина и здесь он отдыхает, восстанавливая душевные силы. Он подошел к ней и напоследок обнял, в его кабинете стало слишком опасно и оставлять ее здесь больше нельзя.
- Эвелина, ты должна уйти в донжон и спуститься в подземелья, там есть подземный ход, ведущий наружу. Если донжон рухнет, ты сможешь выбраться из замка, там ты будешь в безопасности, и мне будет спокойнее.
- Я тебя не брошу, Оникс и потом никто не прячется, а значит, и я не буду, - храбро заявило это глупое чудо.
- Эвелина, пожалуйста, хотя бы укройся в донжоне. Не упрямься, солнышко, я буду тебя там навещать.
- Хорошо, - вздохнула Эвелина, но тут же нахмурилась, - и не вздумай, умирать.
- Ты же слышала, Сирэль, она сделает нас всех бессмертными, - улыбнулся Оникс и поцеловал ее на прощание, - я вернусь.
«Стальной кулак» провалился в ад, камни размером с бочку ударялись в стену и вместе с обломками обрушивались на головы защитников. Замковые катапульты были выведены из строя, и отстреливаться крепость больше не могла. Но это все равно было бесполезно, точность катапульт оставляла желать лучшего. Три десятка замковых катапульт смогли обезвредить только два десятка катапульт противника. Теперь в бой пошла пехота, лучники на стенах с трудом их сдерживали, но катапульты противника наносили чудовищный урон, и защитников становилось все меньше.
