Когда Агата добралась до дома на ночном небе уже выглянули звёзды. Неожиданно девушка заметила свою маму. Миссис Смит стояла на веранде их дома, полностью погружённая в работу. Рядом с ней стоял холст на котором хаотично были разбросаны небрежные мазки кисточкой. Лилит использовала маленьком столик для смешивания красок прямо на древесине, что было странностью для других. Однако художнице это было максимально удобно и менять она ничего не хотела. Миссис Смит любила работать вне рамок и запретов. В своих произведениях она раскрывала проблемы нынешнего общества и свои внутренние переживания, именно такой является мама Агаты. Часто девушке приходилось мыть этот стол после маминой работы, стараясь успеть до того момента пока краска не засохла и не испортила стол. Несмотря на это Агата всегда уважала мамины решения и действия, даже если иногда они были не ординарными. Агата сжала майку в районе сердца, которое начало сильно болеть. Смит не как не могла поверить, что женщина напротив не является её матерью. В голове сразу закрутилось кучу вопросов, а увидит ли она её в живую, настоящую? Сможет ли она выбраться из этого до боли не знакомого и таинственного места? Или умрёт от рук всадника и больше не увидит никого кто ей так дорог? Страх окутывал Агату, ей хотелось убежать от этих проблем и просто вернуться домой, в лёгких заканчивался воздух. Смит согнулась около лестницы на веранду. Ей хотелось кричать и бежать. Смит устала от лжи, которая окружала её. Агата дышала этой лжой, которая превращается в яд, а он в её погибель. Неожиданно Агата услышала приглушённое пение и встревоженно прислушалась.
– Мой дом – мой лес, на зов живых иди
Светлячки – фонарь, и Луна с тобой
Укажи им путь, покажи себя
Не говори прощай…
На веранде, нанося краску на холст, напевала себе под нос песню, миссис Смит. Это была привычка, которая была присуща маме Агаты, с детства. миссис Смит всегда пела когда рисовала. По щекам Агаты стали стекать горячие слёзы.
– Их уносит в далека, не говори что погасла надежда
Ты нужна нам…
Нужна мне…
Пение матери успокаивало и приводило в чувства, стало так легко и спокойно на душе у Агаты. Вначале она хотела быстро пройти мимо матери, чтоб та не заметила, но песня, которую напевала Лилит, казалась такой манящий и успокаивающей, поэтому девушка присела на ступеньки и стала слушать приятное пение матери.
Когда Агата окончательно пришла в себя, она вытерла мокрые щёки и тихо прошла мимо матери, которая во время работы не замечала ничего вокруг, кроме холста. На холсте были заметны очертания звёздного неба. Звёзды выглядели точно также, как на небе на которое недавно смотрела девушка. У Лили был талант переносить, то что она видит на холст и это был великолепный дар, который не раз поражал знакомых и саму Агату тоже. С такими мыслями Смит зашла в дом.
Агата запрыгнула на кровать и укутавшись в одеяле, достала из сумки зелёную книжку. В дневнике Луиса Остро или же его лучше было назвать всадником, было много порванных и испачканных страниц, что придавало дневнику лёгкой небрежности. Агата открыла новую страницу и углубилась в чтение.
«Я посчитал, что очень не правильно не поделиться своей историей с читателем. Ведь я бы хотел, чтоб вы могли, как можно лучше понять меня и мою историю.
Я прекрасно знаю, за что попал в безвременье и не могу сказать, что попал сюда не заслужено.
