Комната оказалась небольшой и абсолютно пустой. В ней не было ни лишней мебели, ни каких-либо украшений. В углу стояла лишь широкая деревянная выкрашенная в белый цвет кровать, к которой мягкими кожаными ремнями была привязана девушка. Стены и дверь были покрыты символами веры, знаками святых и святыми текстами. Окно было закрыто деревянными щитами, приколоченными к раме.
Нат Тайлан подошёл к кровати и взглянул на жертву демона. Девушка была невероятно худой, измождённой и хрупкой, её бледная кожа казалась прозрачной, запястья можно было преломить двумя пальцами. Она была ещё совсем юной, но на её лице уже видна была печать страдания и усталости. Девушку сейчас сложно было назвать привлекательной, она была красива, но чахоточной, нездоровой красотой.
Некоторое время Нат Тайлан молча рассматривал одержимую, ожидая, когда демон, наконец, проявит себя. Прошло не большее пяти минут, когда прежде безразличное лицо девушки исказилось, белые губы растянулись в неестественной, наглой, широкой улыбке. Резко распахнулись её большие, тёмно-серые глаза, через которые на инквизитора смотрел демон.
– Надо же, новое лицо! А где те, в сутанах? – насмешливо и нагло, слишком грубым, мужским голосом спросила девушка, неловко садясь на кровати. Кожаные ремни, которыми она была привязана, натянулись до предела. – Впрочем, они ужасно скучные. И кто же тут у нас? Какой суровый взгляд, мне даже страшно! Инквизитор, полагаю?
– Правильно полагаешь, нечисть, – холодно ответил Нат Тайлан. Пока демон трепался, он изучал его ментальные щупальца, оплетавшие душу и тело девушки. Багровые нити с чёрными прожилками вгрызались в её плоть крепко и привычно. Грубой силой их было не вырвать.
– Что, сразу изгонять? Или поболтаем? – Продолжал глумиться демон. В нём не было ни капли страха, только непробиваемая наглость и самоуверенность. Он знал, что вернётся в это тело и очень скоро.
– Поболтаем, – согласился Нат Тайлан. Кто бы ни послал его сюда с этой миссией, Сэмюэль его кандидатуру одобрил. И сделал это старший распорядитель не потому, что хотел его наказать или спровоцировать. Он был уверен, что Нат сможет докопаться до истины, узнать, почему демон возвращается. Эта задача была посложнее, чем выяснить имя твари. – Эта девушка чиста, хоть ты и вселялся в неё много раз. Верно?
– Да, такая неудача. Никак не искушается, хоть и всё осознаёт. – Пожал плечами демон. Кожаные петли перетянули кожу на запястьях до кровавых полос, но он этого даже не заметил. – Что я только не пробовал! Могла бы уже и сдаться хотя бы из уважения к моим трудам!
Нат кивнул, подтверждая свои догадки. Личность девушки осталась нетронутой – демону было необходимо сломить её, а не уничтожить. Это давало определённый шанс на успешный несмертельный экзорцизм. С другой стороны, мало кто был способен выдержать такие издевательства и сохранить душу чистой. Если девушка ещё не сдалась, то, должно быть, была уже на грани. Впрочем, старший инквизитор Тайлан не собирался верить демону на слово.
– Она чиста, значит, тебе неприятно, даже больно находиться в её теле, – продолжил Нат Тайлан. Это утверждение было одной из непреложных истин, вбитых в его голову, когда он был ещё послушником. Наставники в Академии Инквизиции постарались, чтобы их подопечные не забыли выученное до самой смерти. Основы демонологии были одним из самых важных предметов, лекции по которому приходилось учить едва ли не наизусть. – Зачем ты возвращаешься, если знаешь, что тебе не победить?
– Какие сложные вопросы ты задаёшь, инквизитор! Но, знаешь, мне это даже нравится. Ты не ругаешься, не брызжешь слюной, как эти идиоты, и даже проявляешь признаки интеллекта. Редкость среди вашего племени. – Демон выгнулся вперёд, едва не вывихивая девушке плечи. Он тянулся к Нату Тайлану, продолжая нагло и призывно улыбаться. – Как же мне тебе ответить? А, наверное, так: будь моя воля, нашёл бы кого поприятнее, погрешнее.
Нат Тайлан кивнул, принимая такой ответ. Это означало, что демон находился в теле девушки не по своей воле. Он выполнял приказ кого-то, кто стоял выше него в демонической иерархии. Либо же его каждый раз призывали в тело жертвы насильно. Второй вариант был маловероятен, подобный ритуал невозможно было провести незаметно столько раз подряд. Девушка дома не покидала, а священники обязательно обнаружили бы следы призыва во время очередного экзорцизма.
– Зачем она вам? Мне сказали, что она важна Церкви, – задал главный вопрос Нат Тайлан. Среди всего, что сказал ему Сэмюэль, именно этот факт сильнее всего отдавал ложью. Демоны искушали святых, старались осквернить или наслать демоническое проклятье, но не вселялись в них. Да и Церковь не позволила бы такому случиться. Кровь святых была слишком ценна, чтобы жертвовать ею.
– Вот как? Вот что тебе сказали? – расхохотался демон. Смеялся он долго, громко и особенно глумливо. – Важна Церкви? Нисколечко! Ни на кончик ногтя! Тебе нагло соврали, инквизитор! Они лишь понаблюдают, потом проведут пару опытов над ней и утилизируют, как пакет с мусором!
