Зашедший последним высоченный, нескладный и неловкий Джейб, одетый в обычную священническую чёрную плотную рубашку с колораткой и такую же, как у остальных, шинель, вызывал у пассажиров почти сочувствие. Он не посмел проявить свои ментальные способности, к слову, немаленькие, при старшем инквизиторе, но подобная демонстрация силы привела его в восторг и трепет.
Нат Тайлан продержал свою ментальную сеть две станции подряд. Это был самый опасный участок в этом секторе. Тёмные эманации ощущались здесь особенно сильно, они привлекали мелких демонов-падальщиков и некоторых недружелюбных фэйри. И те, и другие умели хорошо прятаться, их даже иным зрением заметить было непросто. Поэтому Нат и оплёл весь вагон своей ментальной сетью. Одного прикосновения к ледяным ментальным щупальцам старшего инквизитора должно было хватить любой твари, чтобы проявить себя. Сейчас Нат Тайлан мог уловить даже обычные дурные мысли пассажиров, не отмеченные ересью или демонической скверной.
В подземке этого города было несколько подобных опасных участков – запятнанных старой кровью или тёмными ритуалами. Даже спустя десятилетия и века они привлекали зло. Церковь и Инквизиция прилагали все усилия, чтобы очистить их, регулярно проводили рейды и заново освящали. Это помогало, но только на время.
Через шесть остановок инквизиторы вышли и снова поднялись на поверхность. Морозный воздух выхолодил сладковатый запах подземки и очистил мысли от липкой паутины апатии, всегда цеплявшейся на одном из опасных участков, через который они проехали. С серого неба падал мелкий колючий снег. Первое утро года выдалось на редкость холодным.
Через дорогу от выхода из подземки высилось семиэтажное мрачное здание родильного госпиталя – единственного во всём городе. Его тяжёлые пропорции, далёкие от изящества готики, больше подходили романскому стилю. Да и сам госпиталь напоминал скорее огромную тюрьму, во внутреннем дворе которой проводят казни, чем священное место, которым должен был быть. Даже ступени, что вели к дверям, были низкими и неудобными. У самого входа горел всё ещё не потушенный фонарь, призванный быть маяком для тех, кому госпиталь потребовался среди ночи. На железной табличке рядом с дверью было выбито название учреждения и имя святого-покровителя. В каждом городе родильный госпиталь выбирал себе кого-то своего. В Становлении это был святой Маркус, живший почти четыре века назад и прославившийся своими научными трудами в области медицины и акушерства. К лику святых его, впрочем, причислили совсем не за это. Массивные стены здания были исписаны святыми текстами, покрыты символами веры, а иным зрением можно было увидеть защитную сеть благословений и гексаграммы-обереги, вплавленные в фундамент. С момента основания города ни одно здание не строилось без противодемонической защиты, но родильный госпиталь всегда был самым защищённым.
– А как вы назвали кота, мастер Тайлан? – поинтересовалась Анна. Пока они не переступили порог госпиталя, можно было позволить себе небольшую вольность. Во время работы, даже такой рутинной, отвлекаться было нельзя.
– Назвал? – Нат удивлённо вскинул бровь, удостоив свою помощницу коротким взглядом.
– Домашним животным принято давать клички, – снисходительно усмехнулась Анна. Иногда старший инквизитор Тайлан проявлял поразительную неосведомлённость в самых простых вопросах. – Имена.
– Это не домашнее животное. Это кот-страж, – уверенно и с чувством собственного превосходства ответил мастер Тайлан. Кроме того, этот кот был частью давнего пари, и по его условиям имя ему должен был дать другой человек. Но об этом Нат говорить своей не в меру любопытной помощнице не собирался.
– Я думала, они – всего лишь городская байка. – Пожала плечами девушка, пряча улыбку в ворот шинели. В таких вещах её старший инквизитор не ошибался, но разве могла она упустить шанс немного поиздеваться над послушником? – А вы уверены?
– Да как вы можете сомневаться в старшем инквизиторе? Любое его слово – святая истина! – Не выдержал столь вопиющей фамильярности Джейб. Он и на миг допустить не мог, что инквизитор Анна Фаэр весь этот разговор затеяла лишь для того, чтобы спровоцировать его. Для инквизиторов подобное ребячество было просто недопустимо! Все они были исключительно серьёзными и преданными своему делу людьми, проводящими все дни в молитвах и изучении способов борьбы с демонами! Джейб верил в это свято и искренне.
– Хватит развлекаться. – Нат вскинул руку, останавливая назревающий конфликт. Иногда его помощница приближалась к самой грани дозволенного, и он позволял ей это вполне осознанно и чаще всего от скуки. Впрочем, девушка знала свой предел и умела вовремя остановиться.
