До подземки они шли пешком, меся тяжёлыми сапогами рассыпчатый из-за мороза снег. Нат Тайлан вышагивал первым, его совершенно не волновали испуганные и настороженные взгляды горожан. Анна шла следом, но на некотором отдалении. Сегодня её мастер был в умеренно паршивом настроении, так что, из-за проявлений его ментальной силы, рядом с ним было особенно холодно. От такого холода не спасала даже форменная шинель. Джейб шёл последним, низко опустив голову и не глядя по сторонам. Послушник был озадачен и растерян. Он искренне считал, что добираться куда угодно быстро и с комфортом – привилегия инквизиторов, которой они просто обязаны были пользоваться, чтобы демонстрировать свою значимость для города. А ещё его смущали неприязненные взгляды. Прежде он покидал стены Академии Инквизиции лишь для прохождения практики в деревнях. Там к инквизиторам относились совсем иначе. Часто кроме веры и нескольких серебряных амулетов у крестьян не было иной защиты от демонов. Для них инквизиторы были защитниками, несмотря на их происхождение и порой не самый приятный характер.
До ближайшего входа в подземку было всего полтора квартала. Он представлял собой невысокую каменную арку, изрезанную святыми письменами, и тяжёлые стальные ворота с защитными знаками и символами веры. По изначальной задумке, в случае прорыва обороны города или массового проникновения врага подземка должна была стать убежищем для горожан. В реальности же, вместо этого она не раз становилась для них могильником. На каждой станции был всего один вход и выход – как раз эти самые металлические ворота в каменной арке. Пройти по рельсам было невозможно, хотя их и отключали от источников демонической энергии, пока не минует опасность. На время прорыва демонов все подземные переходы блокировались железными посеребрёнными плитами. Ворота же по инструкции закрывали и запечатывали, полностью изолируя станцию. Всего один-единственный перевёртыш – демон, способный искусно маскироваться под человека – мог устроить кровавую бойню, перерезав всех горожан, спрятавшихся на станции. Конечно, сам он тоже не мог избежать заслуженной кары и погибал от рук инквизиторов, как только ворота открывали. Но порождения Врат готовы были платить одной жизнью за сотни. Самая страшная резня в подземке случилась примерно сто шестьдесят лет назад во время Пятого большого прорыва. Город тогда едва не пал. Сейчас подземкой как убежищем старались не пользоваться, но защитные печати с ворот не стёрли и символы веры регулярно обновляли. На всякий случай.
Внизу было жарко, пахло мокрой шерстью, озоном и немного – гнилью. Нат всегда ощущал в подземке этот запах приторной смерти. Уже больше полутора веков минуло с той бойни, а её следы всё ещё пятнали стены. Поезд, похожий на огромную металлическую многоножку, подъехал через пять минут, затормозил, зацепившись лапками-креплениями, и выпустил по ногам пассажиров едко пахнущий пар. Люди привычно отшатнулись, зажимая носы, чтобы дать хоть какое-то оправдание своему страху. Даже те, кто был полностью лишён интуиции и ментальной тонкости, чувствовали инаковость этого похожего на искажённую скверной сколопендру механизма. Нат остался стоять на месте, без тени отвращения глядя на глянцево блестящий чёрный бок поезда. Вся станция и стены тоннеля были изрисованы защитными знаками, святыми символами и исписаны молитвами. А сам поезд работал на демонической энергии и давно уже изменился под её воздействием. Нату этот контраст казался любопытным. Здесь, в подземке, сталкивались две противоборствующие силы и как-то умудрялись работать вместе. Почти как инквизиторы, подавляющее большинство которых было демонорождёнными полукровками.
Нат Тайлан шагнул в ближайший вагон, с лёгким презрением отмечая страх в глазах пассажиров. Его всегда забавляло то, как простые люди реагировали на инквизиторов. Когда всё было относительно благополучно – со страхом, иногда даже с агрессией, если мозгов не доставало. Когда появлялись демоны, на инквизиторов смотрели, как на спасителей. Лицемерие людское порой бывало хуже демонической скверны.
В любом случае, высокий широкоплечий мужчина с ледяными серыми глазами и более светлыми, пепельно-серыми волосами, завязанными в хвост, одетый в тяжёлую шинель и плотный, расшитый святыми символами колет, вызывал у них сейчас только страх. Даже обычные люди могли почувствовать давление, присутствие его воли и ментальных щупалец, мгновенно заполнивших пространство вагона. От соприкосновения с ними на окнах проступил иней, а металлические поручни стали обжигающе холодными. Мастер Тайлан никого не искал, не пытался проникнуть ни в чьё сознание, он просто обозначал своё присутствие.
На его фоне невысокая, худая девушка с медными волосами и желтовато-зелёными глазами в такой же тяжёлой шинели, но не так вычурно расшитом колете казалась совершенно незаметной. Анна не была таким сильным менталом, как мастер Тайлан, и потому свои щупальца держала при себе.
