Осмелишься соблазнить? полностью

- Можно еще пару вопросов, мистер Ривас?

Себастио стиснул зубы, но заставил себя улыбнуться.

- Конечно.

Он помнил, что говорил его адвокат.

Я знаю, что это не очень приятно, Себастио, но, поскольку теперь вы стали лицом «Ривас Банка», вам придется уделять определенное внимание медиа. Они хотят видеть человека, который сумел превратить обремененный долгами банк в успешное предприятие.

Улыбка, вероятно, получилась жутковатой. Репортер напрягся.

Все Себастио казалось не так. Костюм - тесным, галстук - давящим. В такие моменты он особенно тосковал по прошлому - быть на огромном стадионе, рядом с его четырнадцатью товарищами по команде, на которых была одежда национальных цветов его страны.

Он тосковал по этой простой жизни в команде с одной лишь мыслью в голове. Победить. Быть лучшими. Слиться в одно целое, которому никто не мог противостоять. Никогда ему уже больше не испытать этого восхитительного чувство единства.

Потому что ты сам все это разрушил.

Репортер откашлялся, возвращая Себастио к реальности.

- Теперь ваша жизнь очень отличается от той, к какой вы привыкли, - жизни профессионального спортсмена. Тем не менее ваш дебют в новой для вас сфере был весьма успешен, если не сказать больше. Вы смогли вернуть «Ривас Банк» к рентабельности буквально через несколько месяцев после смерти его бывшего директора.

Глаза Себастио угрожающе сузились, но репортер твердо выдержал его взгляд. Разумеется, журналисты не могли оставить без внимания этот аспект его жизни.

Он был одним из самых известных спортсменов страны, капитаном сборной, открывшей чередой блестящих побед золотую эру для аргентинского регби. Ему захотелось прервать интервью, но он знал, что не может себе это позволить. - Меня всегда интересовало банковское дело, - сказал Себастио. - Семья Ривас была одной из первых, открывшей в Америке свой банк, так что, вероятно, у меня это в крови. - Тем не менее, совсем недавно «Ривас Банк» переживал очень непростые времена.

Улыбка Себастио стала жесткой.

- Это правда. Но все в прошлом.

Себастио не надо было напоминать, с чем это связано. Он сам все видел - слишком близко. Основная причина - скандальный развод его родителей, случившийся из-за многочисленных измен каждой из сторон, что открылось во время процесса. А также из-за отчаянной борьбы за опеку над восемнадцатилетним Себастио.

Получив преимущественное право на опеку над сыном, отец Себастио… начал спускать оставшееся после развода состояние и доходы от банка на казино и виски.

В свою очередь, Себастио, будучи единственным сыном и наследником, просто отстранился от семейных дрязг и занялся регби - что было вызвано как желанием противостоять родителям, так и любовью к спорту.

Благодаря гламурному бэкграунду, яркой внешности, спортивным успехам и неприятию серьезных отношений он быстро снискал себе репутацию одного из самых желанных холостяков. И одного из самых известных плейбоев.

Когда Себастио ушел из спорта, банк организовал срочную встречу, пытаясь убедить его изменить свою позицию. И когда он узнал, сколько людей прямо или косвенно получают поддержку через «Ривас Банк» - со сколькими жизнями его отец играл в рулетку, - то понял, что у него нет другого выхода, как принять предложение и восстановить контроль на тонущем корабле.

На его совести и так было много всего! Себастио не нужно добавлять еще, глядя, как из-за слабости одного человека подвергаются испытаниям тысячи жизней.

Последние три года, по мере того как его отец все дальше скатывался по пути саморазрушения, Себастио принимал на себя все больше и больше ответственности. Хьюго Ривас так и не смог примириться с фактом, что самая красивая женщина Аргентины захотела с ним развестись.

Люди говорили, что необычайный успех Себастио заключался в его врожденной способности понимать тонкости финансовых операций и управления. Сам же Себастио расценивал все как простое везение.

Голос репортера прервал его мысли.

- Вы ушли из регби после трагического инцидента с Виктором Санчесом и его женой. Связано ли это и с вашим возвращением в фамильный бизнес?

Вопрос произвел эффект разорвавшейся глубинной бомбы. Невидимой, но тем не менее разрушительной. Себастио никогда не говорил о катастрофе, которая унесла две жизни, разрушила третью и мрачной тенью легла на четвертую.

Он резко встал и застегнул пиджак.

- Если это все… то у меня на сегодня намечена еще одна встреча.

Репортер протянул руку:

- Надеюсь, я не отнял у вас слишком много времени, мистер Ривас. Мой редактор никогда бы не простил мне, если бы я не задал вопросы, ответы на которые интересуют наших читателей.

Себастио пожал его руку так крепко, что глаза репортера расширились от удивления.

- Вы можете задавать какие угодно вопросы, но это не значит, что я буду на них отвечать.

С этими словами он повернулся и вышел, пытаясь подавить гнев, что кто-то позволил себе открыть этот ящик Пандоры. Напомнить о самой страшной ночи в его жизни.