«К сожалению, я уверен в том, что, в конце концов, они согласятся: слишком мы хороши для них, чтобы они захотели нас упустить».
Отдав должное семейным обязанностям, Султан, наконец, может заняться тем, ради чего, собственно, и приехал в Пакистан – печатать книги. Однажды ранним утром он приступает к следующему этапу поездки – отправляется в Лахор, город типографий, издательств и переплетных мастерских.
Он упаковывает в маленький чемоданчик самое необходимое: смену белья, шесть книг и календарь. Деньги, как и всегда во время путешествий, надежно зашиты в рукава. День обещает быть жарким. На автовокзале в Пешаваре шумит людское море, здесь и отъезжающие всех мастей, и автоперевозчики, стремящиеся перекричать друг друга: Исламабад, Карачи, Лахор! Рядом с каждым автобусом стоит человек и выкликает названия. Расписания не существует, автобусы уходят по мере наполнения. Перед отправлением внутрь заходят торговцы, предлагающие орехи, семечки подсолнуха в бумажных фунтиках, печенье и чипсы, газеты и журналы. Нищие довольствуются тем, что просовывают руки в открытые окна.
Султан не обращает на них внимания. Что касается милостыне, тут он следует совету пророка Мухаммеда, который толкует таким образом: сначала надо позаботиться о себе, потом о ближайших родственниках, затем о дальних, после о соседях и в последнюю очередь о незнакомых бедняках. Случается, он сует пару афгани нищему в Кабуле, чтобы не путался под ногами, но пакистанские нищие – последние, кому бы он стал помогать. Пусть пакистанцы сами разбираются со своими бедняками.
Он сидит на заднем сидение автобуса, стиснутый со всех сторон, зажав чемодан между ног. В чемодане лежит листочек бумаги с проектом, который может стать начинанием всей его жизни. Он собирается печатать новые учебники для афганских детей. Когда этой весной открылись школы, оказалось, что в стране практически нет учебных материалов. Учебники, отпечатанные правительством моджахедов и талибами, никуда не годились. Скажем, вот как первоклашек учили алфавиту: «..Дж» - джихад, наша цель: «И» - Израиль, наш враг: «К» - «Калашников», мы победим: «М» - моджахеды, наши герои: «С»…»
Даже в учебниках по математике главное внимание уделялось войне. Мальчики – потому что Талибан печатал учебники только для мальчиков – учились счету не на яблоках и пирожках, а на пулях и автоматах Калашникова. Задача, например, могла выглядеть следующим образом: « У маленького Омара есть автомат и три магазина патронов. В каждом магазине по двадцать патронов. Он использует две трети своих патронов и убивает шестьдесят неверных. Сколько неверных убивает он одним патроном?»
Учебники коммунистических времен тоже не подходили. Там в задачках говорилось о равноправии и разделе земли. Счастливые колхозники под красными флагами вели детей прямо к коммунизму.
Султан хотел вернуть в обращение учебники времен Захир Шаха, короля, который стоял во главе Афганистана в течение сорока сравнительно мирных лет, пока его не свергли в 1973 году. Книготорговец нашел старые книги, которые мог бы заново отпечатать: сборники басен и рассказов для уроков персидского, учебники по математике, где один плюс один равняется два, и учебники истории, лишенные какой-либо идеологической направленности, кроме небольшой дозы невинного национализма.
Финансирование проекта взяла на себя ЮНЕСКО. Представители ее выразили желание встретиться с Султаном, как с одним из крупнейших книгоиздателей Кабула, и по возвращении из Лахора он должен был изложить им свои условия. На листочке, хранящимся в жилетном кармане, он набросал данные о ста тринадцати учебниках – формат и количество страниц. Выделяемый бюджет составлял два миллиона долларов. В Лахоре он собирался подыскать типографию, предоставляющую самые выгодные условия. Потом он возвращается в Кабул и начинает бороться за золотой контракт. Довольный, Султан размышляет, какие проценты с обещанных двух миллионов может запросить себе, и решает, что жадничать не стоит. Этот контракт, если он его заполучит, обеспечит его работой на много лет вперед. Надо ведь будет не только печатать новые книжки, но и переиздавать старые, думает Султан, пока мимо проносятся равнины и поля. Дорога, по которой он едет, спроектирована еще англичанами – важнейшая магистраль между Кабулом и Калькуттой. По мере приближения к Лахору жара усиливается. Султан начинает потеть в своем жилете из домотканого сукна, более пригодного для температур афганского плоскогорья. Он проводит рукой по практически лысому черепу и вытирает лицо платком.
Помимо ста тринадцати учебников Султан планирует напечатать несколько книг за свой счет. После того как в Афганистан хлынули журналисты, сотрудники гуманитарных организаций и иностранные дипломаты, резко вырос спрос на английские книги о стране. Султан не импортирует книги из-за границы, он печатает их самостоятельно.
