Дамблдор несколько долгих секунд рассматривал каменное лицо юного метаморфа перед собой, а затем широко улыбнулся и издал громкий смешок.
— Хорошо сказано, мисс Тонкс.
На суровом лицо Тонкс отразилось смущение.
— Сэр?
— Это как раз то, что нужно хорошему аврору — такому, которым Волшебная Британия может гордиться и доверить защиту своих граждан, — он наклонился над столом. — Запомните свою позицию, мисс Тонкс. И никогда не забывайте о ней.
Растерянная Тонкс расплылась в широкой улыбке.
— Да, директор.
Дамблдор откинулся на спинку стула.
— М-м-м... так уж случилось, что один мой друг после увольнения из департамента хочет перейти на работу в школу для подготовки авроров. Если ты чувствуешь, что готова, я могу попросить его позаниматься с тобой летом, помочь в подготовке к курсам. Обучение на курсах авроров не для слабонервных, и тебе понадобятся все преимущества, которые ты только сможешь получить.
У Тонкс загорелись глаза.
— Да, мне бы очень этого хотелось, спасибо.
— А теперь, я думаю, что тебе стоит вернуться к тому, что ты делала. Я уверен, что ты поможешь Хаффлпаффу выиграть в
288/430
этом году дуэльный Кубок.
Тонкс усмехнулась:
— Я так и планирую! — она встала, повернулась и вышла, оставив директора одного в комнате.
Дамблдор уставился на теперь уже закрытую дверь.
…Чёрт.
* * *
Это случилось во время одного из подготовительных этапов главной задачи первого курса, которой Гарри и девочки посвящали каждую свободную минуту своего времени.
Каждое положение ног, каждое движение рук, каждое заклинание — Гарри, Гермиона и Дафна запланировали и записали каждый шаг, необходимый для деактивации "Фиделиуса", как только они вызовут его срабатывание.
На окраине Запретного леса они устанавливали чары Фиделиуса за чарами Фиделиуса, всегда с Дафной в качестве тайного хранителя, постоянно экспериментируя с тем, как Гарри и Гермиона реагировали на различные инструкции, как внутри, так и снаружи чар.
Гарри потратил несколько дней на то, чтобы научиться делать точно вымеренные по длине шаги и движения рук — всё по стандартным меркам, даже с завязанными глазами.
Гермиона научилась преодолевать психологическую странность внезапного появления перед ней списка инструкций, причём, не помня в этот момент, как же это произошло, а впоследствии быстро убеждать столь же сбитого с толку Гарри следовать её инструкциям.
Но, несмотря на все их усилия, они всё равно обнаружили, что вести Гарри, шаг за шагом, через лабиринт, который они не могли вспомнить и который Гарри не мог видеть, было запредельно трудно.
Тогда-то Дафне и пришла в голову мысль, что, поскольку Гарри может чувствовать магию, он может идти по следу, оставленному её невидимым Оком Килрогга. Таким образом, Дафна могла бы следовать заранее написанным инструкциям, и поскольку перемещение Ока требовало лишь магического намерения, а не физического перемещения конечностей, ей было бы намного легче контролировать точное местоположение ока.
А это, разумеется, означало, что Дафна тоже должна была научиться следовать заранее написанным инструкциям, находясь под влиянием Фиделиуса. Итак, она вызвала своё Око Килрогга, передвинула его в центр площадки, чтобы поместить под Фиделиус, и ждала, пока Гарри закончит заклинание и возложит роль хранителя тайны на Гермиону.
Гарри так и сделал.
И Дафна всё ещё помнила об этом.
Гермиона нахмурилась, когда она повернулась к ней.
— Гермиона.
Гермиона ничего не сказала, просто продолжала наблюдать за её поведением.
— Я всё помню.
— Что?
— Я всё помню. "Фиделиус" на меня не подействовал.
Глаза Гермионы расширились от шока.
Гарри всё ещё был занят чтением своего пергамента, выглядя смущённым и усталым, как всегда, когда Фиделиус только что стёр его память о том, где он находился.
Гермиона в отчаянии огляделась по сторонам. Её голос упал до яростного шёпота.
— Но это же невозможно!
— А я при чем?! Я думаю, что дело в моём Оке Килрогга. Оно было в этом месте ещё до того, как "Фиделиус" включился.
Гермиона быстро доверила Гарри тайну Фиделиуса и вместе с Дафной рассказала ему, что произошло.
Дафна подумала, что Гарри никак не может решить, радоваться ему или паниковать. В конце концов, он вытащил палочку и направил её в небо.
— Эта тайна не должна выйти за пределы нашей группы, — твёрдо заявил он. — Мы случайно обнаружили слабое место в чарах Фиделиуса. Мы сами используем эти чары для очень многих вещей. Если бы кто-нибудь узнал, что можно свести на нет чары, если ты каким-то образом сможешь ввести Око Килрогга в защищённое пространство, мы бы потеряли так много наших тактических преимуществ, что это даже не смешно. С этого момента я объявляю это Родовой Тайной Слизерина.
Гермиона и Дафна кивнули, слегка приоткрыв глаза, чувствуя, как магия объявленного их Лордом правила медленно оседает на них подобно лёгкой снежной метели.
Гарри убрал свою палочку.
— Тем не менее, если Дафна сможет попасть в защищенное чарами пространство, пока Фиделиус активен, и всё ещё будет всё помнить, то шансы на то, что этот нелепый план действительно сработает, просто взлетели до небес, — Гарри ухмыльнулся.
* * *
