Кто же осмелится сказать, что Третье сословие не содержит всего того, что необходимо для создания полноценной нации? Это сильный и крепкий человек, у которого одна рука все еще в цепях. Если убрать привилегированные сословия, то нация от этого станет не хуже, а лучше. Что же представляет собой Третья? Все, но все скованное и угнетенное. Что было бы без привилегированных порядков? В результате страх перед реформой злоупотреблений внушает аристократам больше страха, чем стремление к свободе.
Сийес утверждал, что единственным правильным действием для третьего сословия было бы не иметь ничего общего с двумя другими сословиями, а немедленно превратиться в национальное собрание. Так, конечно, примерно и произошло в действительности. В первые два года революции относительное единство третьего сословия было усилено их общей оппозицией монархии — не как институту, поскольку большинство депутатов желало сохранить ее в той или иной форме, а роялистам, стремившимся повернуть революционный процесс вспять. В этот период их единство укреплялось также относительной умеренностью притязаний.
Собрание оказало влияние на политическую экономику страны. С одной стороны, собрание устранило многие феодальные препятствия на пути развития национального рынка и тем самым реализовало самые горячие чаяния реформаторов короны. С другой стороны, отмена феодальных привилегий и титулов предлагала дворянам стать гражданами более могущественного государства, а не мелкими лордами сельских поместий. Пока существовала монархия, эта умеренная политика обеспечивала безопасность революции, объединяя фракции, которые впоследствии должны были разорвать друг друга.
Депутаты-жирондисты и депутаты-якобинцы были выходцами из очень схожих социальных, профессиональных и политических слоев. Одно из наиболее ярких различий между ними было региональным: Жирондисты в непропорционально большой степени были выходцами из прибрежных провинций и портовых городов, а многие лидеры якобинцев представляли Париж. Эти различия в происхождении, как правило, усиливали их отношение к революционному управлению: Жирондисты были склонны настаивать на конституционном верховенстве собрания и обязанностях парламентского представительства, в то время как якобинцы часто выступали за более прямую форму народного участия в политике, в которой парижские граждане часто играли решающую роль. Одним из наиболее важных недостатков жирондистской позиции было то, что судьба революции фактически зависела от прямых народных действий в нескольких случаях: штурм Бастилии, приезд короля в Париж в октябре 1789 г., низложение короля в августе 1792 г. Во всех этих случаях несговорчивость короля грозила завести революцию в тупик, и только внеправовое вмешательство народа позволило выйти из тупика. Но эти вмешательства узаконивали прямые народные действия и тем самым укрепляли якобинцев. В противоположном случае спонтанность и жестокость прямых народных действий усиливали сопротивление жирондистов народному восстанию, поскольку оно явно нарушало законность конституции. Отказ жирондистов признать и учесть требования парижских граждан в конечном итоге поставил их в положение, которое стало необоснованным, поскольку их сторонники в провинции не имели возможности противостоять якобинцам, мобилизующим народ в городе.
Таким образом, якобинцы получили возможность использовать политические возможности, которые жирондисты отвергли. Жирондисты ставили свободу личности, права человека, правовую реформу и соблюдение формальных правил демократии в один ряд с сокращением экономического неравенства и принятием чрезвычайных мер по облегчению страданий людей, в частности, обеспечением парижского населения продовольствием. Это позволило якобинцам мобилизовать народ, пообещав немедленную помощь чрезвычайными средствами, включая авторитарный режим, легитимированный как явная и неопосредованная воля народа. Преодолевая неудобства конституционных норм и законодательных прерогатив, они сделали народное политическое действие лакмусовой бумажкой, позволяющей отличить патриотов от предателей.
В своей речи, произнесенной 9 июля 1794 г., Робеспьер изложил порядок применения этого теста.