В этой фальшивке, состряпанной с особым цинизмом, мне, как получателю, строжайше предписывалось никому не позволять вскрывать ящик и даже, представьте себе, не вносить его содержимое ни в какую опись груза, мол, особая секретность, государственная тайна. Приманка была просто идеальной, жирной, как рождественский гусь, ведь в письме я «случайно» указал, что общая стоимость артефактов переваливает за сто тысяч золотых! Да любой вор, который хоть что-то соображает в своём бизнесе, у которого есть хоть капля азарта в крови, клюнет на такую наживку, как щука на блесну. Даже если он заподозрит ловушку, такой куш, от которого глаза на лоб лезут, слишком соблазнителен, чтобы не попытаться его сорвать. Риск — благородное дело, особенно когда на кону такие бабки, на которые можно купить маленький замок или обеспечить себе безбедную старость.
И вот я сидел и ждал, реально затаив дыхание, как перед прыжком с парашютом, следующего доклада от Фомы.
Ночь постепенно вступала в свои права, постепенно окутывая град Весёлый своей тёмной бархатной шалью; за окном стихли последние звуки, лишь сверчки где-то неугомонно трещали, да изредка лаяла собака. Становилось всё темнее и тише, а я сидел за своим столом, заваленным картами и бумагами, нервно сжав руки.
Комнату освещала лишь одна свеча, отбрасывая на стены причудливые пляшущие тени, а моим вниманием всецело овладела Стратегическая карта, мой магический интерфейс. Я буквально пожирал её глазами, ожидая сигнала от Фомы и не отводил глаз от маленькой иконки, которая должна была вот-вот вспыхнуть. Нам нужно действовать молниеносно, как только воришки прикоснутся к товару, к нашему «золотому» ящику с фальшивым дном. Чёрт его знает, сколько я так просидел, час, два? Время тянулось, как резина. В ушах стучала кровь, сердце колотилось где-то в горле, гулко, как барабан, готовое выпрыгнуть от напряжения, пока я ждал новостей. Наконец прямо перед моим носом на интерфейсе карты, подсвеченной мягким зеленоватым светом, всплыло долгожданное оповещение, короткое, как выстрел.
«Мы внутри склада. Телега разгрузилась и сваливает. Вижу троих в тенях, копошатся, как крысы. Меня не заметили, сижу тихо, как мышь под веником. Готовьтесь. Фома».
— Погнали, — скомандовал я, голос прозвучал хрипловато от долгого молчания.
Резко поднявшись, так, что стул с тихим скрежетом отъехал назад, я кивнул своим телохранителям, которые тут же напряглись, как сжатые пружины.
Нож, как всегда проворный, лёгкий на подъём, словно ртуть, пулей вылетел из комнаты вперёд меня проверить маршрут, по которому я двинусь, каждый тёмный угол, каждую подозрительную тень, чисто чтобы убедиться, что там не ждёт никаких неприятных сюрпризов типа магической ловушки или пары головорезов за углом с заточенными клинками.
А за моей спиной, надёжно прикрывая тылы, несокрушимой скалой пёр Глыба. Его тяжёлая поступь эхом отдавалась в пустом коридоре, гарантируя, что никакая угроза не подкрадётся сзади.
Такой вот у меня эскорт, почти как у президента какой-нибудь банановой республики, только надёжнее. Вместе мы, как три тени, двинулись к воротам. Пока шли, стараясь не шуметь, прилетело очередное сообщение от Фомы, ещё более срочное: «Вскрывают ящик. Прямо сейчас ковыряют ломиком! Всего трое, но, похоже, ещё один на стрёме где-то за бочками. Заходите немедленно, пока не очухались!».
— Так, всё чисто, можно выдвигаться, — прошептал я, чувствуя, как адреналин горячей волной ударяет в голову, обостряя все чувства. Сердце забилось чаще. — Давайте, накроем этих голубчиков, пока тёпленькие!
— Стоять, Владыка, — рыкнул Глыба, его огромная, не уступающая медвежьей, лапища легла мне на плечо, останавливая на месте с такой силой, что я чуть не пискнул. — Вам там делать нечего, ещё поранитесь, не дай бог, случайной железкой. Не Ваш профиль.
— Живыми или как пойдёт? — деловито, будто обсуждая меню на ужин, осведомился Нож, и в его руках словно из воздуха материализовалась пара мерзко выглядящих кинжалов, лезвия которых хищно блеснули в полумраке, отражая слабый свет далёкого фонаря.
— Живыми и желательно целыми, насколько это возможно, — распорядился я, слегка нахмурившись и пытаясь вернуть самообладание.
Чёрт, я так завёлся от мысли поймать их с поличным, вообразив себя героем какого-нибудь крутого боевика, что напрочь забыл, что я ни хрена не Джеймс Бонд и даже не лейтенант Коломбо, а всего лишь, по большому счёту, офисный работник, пусть и в новом молодом теле, но без особой боевой подготовки.
Эти двое, мои личные церберы, должны сделать всю грязную работу за меня. Мой КПД в прямом столкновении, если честно, стремился бы к нулю, если не к отрицательным значениям.
— Будет исполнено, Владыка, — коротко бросил Глыба. Оба моих телохранителя тут же рванули вперёд, растворившись в ночной темноте, как настоящие тени, бесшумно и стремительно.
