Товаров, которые они могли предложить, было множество, и у Юрипа уже был готов целый манифест, чтобы показать, что имеется в наличии и сколько я могу приобрести. Сахар был одним из самых обильных ресурсов, так как сахарный тростник рос у них целыми плантациями и служил основным источником пищи для других рас. Сами кроликотоны не проявляли интереса к поеданию сахарного тростника, их питали грибы из-под земли, поэтому они приноровились извлекать из него сахар и сами его перерабатывать. Единица сахара обошлась бы мне в 10 золотых, что было просто даром. Я легко мог бы продать его на Юге почти в десять раз дороже.
Мне выдали копию этого талмуда, в комплекте с ценами, количеством единиц и пояснениями, что это за товары. В целом, я был приятно удивлён, насколько хорошо был организован этот коммерс, и задумался, будут ли остальные такими же подготовленными. И всё же, хотя цены казались справедливыми, и он всегда был открыт для переговоров, я начал размышлять, нет ли способа получить более выгодное преимущество. В конце концов, я был первым иностранцем, прибывшим сюда за долгое время и готовым открыть врата для торговли. Какого чёрта я не должен был получить бонус за то, что работаю именно с ним, а не с бесчисленным множеством других?
— Всё это выглядит весьма замечательно, — сказал я, пробегая глазами по бумагам. — Я бы очень хотел с вами поработать.
— Блистательно! — вскричал Юрип. — О, вы сделали мой день! Прикажете подать торт? Или, может быть, немного превосходного глинтвейна?
— Я бы не торопился с едой, — сказал я. — Видите ли, хотя всё кажется чистым и прозрачным, мне требуется ещё одна вещь.
— И что же это? — спросил кроликотон. Я увидел на его лице тень колебания, страх, что он не сможет удовлетворить мои потребности.
— Дань за Первый Рейс, — уверенно заявил я.
— Дань за Первый Рейс? — повторил Юрип. Он нахмурился, на мгновение порылся в памяти, затем пожал плечами. — Боюсь, я не понимаю. Эти слова не сочетаются в вашем языке.
— Это такой обычай у нас, у весёловских, — пояснил я. — Когда начинаешь торговлю по морю с новым партнёром, мы ожидаем подарок за такое начинание. Дань за Первый Рейс, понимаете?
Юрип фыркнул.
— Да ты это сейчас выдумал.
— Все традиции кто-то когда-то выдумал, — ответил я. — Но это не делает их менее действенными.
Большой кролик потёр нос и посмотрел на меня.
— То есть ты, по сути, просишь у меня взятку, — сказал он. — Это не очень-то честно.
— Подарок может быть любым, каким пожелаете, — сказал я.
— Дань за Первый Рейс, — пробормотал Юрип. — И полагаю, вы будете просить такие подарки и от остальных здешних жителей?
Я ничего не ответил. Просто ждал. Кроликотон на это только тяжело вздохнул.
— Сотня единиц сахара тогда? Этого будет достаточно в качестве подарка?
Я поклонился ему.
— Вы очень добры, Великий Юрип. Мы не забудем такого подарка.
— Хорошо, — проворчал он. — Надеюсь, это означает, что вы намерены отправить первую партию товара именно мне и я получил преимущество перед конкурентами?
— Стопудово, — сказал я. — Как только вернёмся домой, я подготовлю первый рейс. Ваши люди просто охренеют от нашей пшеницы и медицины.
Ох, и шуму было в следующие пару дней — просто атас!
Куча коммерсантов, этих самых местных барыг, пыталась мне, так сказать, подмазаться. Я тогда как раз взял паузу после подписания торгового соглашения с Парнифером, чтобы слухи о «Дани за Первый Рейс» — так я эту фишку назвал — успели разлететься по всему их Паннонию.
И это была уже не просто какая-то выдумка или блажь, чёрт возьми! Ну да, традиция свеженькая, только из печки, но я железно решил: теперь это будет наш, веселовский, закон. Открываешь торговые пути с новыми людьми через эту их водную гладь — будь добр, готовь подарок. А то ишь, на халяву захотели! Причем подарок такой, чтоб не стыдно было, а то потом весь твой КПД насмарку пойдет.
И что же? Не прошло и пары часов после моей первой сделки, как эти мелкие кроликотоны, шустрые, как тараканы на кухне, уже тащили к моему отелю здоровенные мешки. А в мешках чего только не было: и припасы всякие, и товары на продажу, и просто золото.
Натуральные «Дары Прибытия» от других торгашей, которые, видать, серьёзно испугались, что я буду работать исключительно с Парнифером. Но я-то, старый волк, всем им чётко дал понять: никаких эксклюзивных контрактов, ребята, не будет. Свобода конкуренции!
Судья, то есть этот их Парнифер, объявил эру свободной торговли, и я был целиком и полностью за. Не хватало мне ещё тут кому-то монополию устраивать, чтобы они потом мои же товары, которые я им продал, втридорога перепродавали. Знаем, плавали. Это тебе не девяностые, где каждый второй — кидала. Тут всё по-серьёзному, по-взрослому.
