— Откуда? Впрочем, всё верно, — подтвердил я. — Собираюсь отправлять караван, сами отчаливаем сегодня ночью.
— Прекрасно, — сказала она. — Весьма похвально. Я бы посоветовала вам отправиться вместе с экспедицией. Месяц в море — удовольствие сомнительное, но судьба тех людей внизу зависит от вашего присутствия.
— Вообще-то, я и так планировал идти в рейс. Наш бизнес не настолько налажен, чтобы обходиться без моего участия. Но… к чему ты это мне сейчас говоришь?
— Я всё объясню по пути, — отрезала она. — И захватите с собой нашего слегка пьющего колдуна Фому. Для него тут найдутся дела.
Я аж поперхнулся. Кого-кого захватить? Фому? Это ещё зачем?
Даже я был не в восторге от перспективы снова тащиться через океанскую хтонь, а уж Фома, мой придворный иллюзионист, так и вовсе скрипел зубами громче корабельных снастей.
Он только что вернулся из очередного отпуска и битый час нудел мне в уши: «Командир, Христом-богом молю, только не я, я уже настранствовался по самое не могу!».
Его нытьё я, скрепя сердце, вынужден был проигнорировать. Эта торговая экспедиция была настолько жизненно важной, что о домашнем уюте пришлось забыть всем, включая меня. Первый рейс с товаром настолько важен, что и без всякой Ираиды с её туманными намёками я обязан был участвовать лично. Так что в топку пледы и горячий чай с лимоном.
Ситуация, которую мне обрисовала Ираида, моя верная дипломатка, была, мягко говоря, странной. Можно даже сказать — попахивала сюрреализмом в духе картин Дали. За время своего общения с этими… Кроликотонами она с удивительной лёгкостью изучила всю их местную властную структуру. Ну как изучила — они, в сущности, ничего и не скрывали.
Оказалось, что законы и правила в их каменном мешке, этом самом Паннонии, устанавливали некие Горные Козлы. Да-да, вы не ослышались, именно козлы, только горные. Эти разумные рогатые мудрецы обитали где-то высоко в горах, в своих священных цитаделях, проводя дни в мире, покое и глубокомысленных медитациях. И вот если такой Козёл что-то там изрекал, его вердикт тут же становился законом, железобетонным и обжалованию не подлежащим. Правда, случались такие озарения у Козлов нечасто — раз в пару сотен лет, не чаще. Видимо, чтобы народ успевал привыкнуть к предыдущим мудростям.
Внутри самой горы, в этом их супермуравейнике, обитало порядка полумиллиона душ. В основном это были сами Кроликотоны, затем какие-то Драконорождённые (не путать с Дейенерис) — звучит пафосно, надо будет глянуть, что за птицы, — и Мышандры. Последние, как пояснила Ираида, представляли собой расу мышеподобных существ, весьма поднаторевших в фермерстве и, что характерно, в организации всего и вся. Этакая помесь агрономов с эффективными менеджерами, только с хвостами.
Кастовая система у них там сложилась давным-давно, и всё было чинно-благородно: Торговцы, Знать, Жрецы, Работяги и Обслуга. По большей части, этот расклад воспринимался как нечто само собой разумеющееся, типа восхода солнца или смены времён года, и особого ропота в массах не вызывал. Каста Обслуги, правда, предназначалась исключительно для уголовников, осуждённых жрецами, и для иностранцев, умудрившихся нарушить немногие, но, видимо, строгие правила Внешних Врат.
Сам факт, что такой огромный приток чужеземцев — считай, наших, землян — был обращён в пожизненных рабов, как-то совершенно не волновал правящие круги Паннония. Вся их система была поделена на кланы, каждый из которых был сам себе на уме, этакий полуавтономный колхоз. И, естественно, никакого центрального органа власти, который бы озаботился судьбой несчастных людей-слуг, там и в помине не было.
Людей этих, конечно, не морили голодом, обращались с ними сносно, даже разрешали создавать свои кланы и заводить семьи. Видимо, расчёт был на то, что узники, запертые в глубоких подземельях без малейшей надежды на побег, смирятся со своей участью и не будут бузить. Они там так глубоко под землю были загнаны, что о побеге и мечтать не приходилось — только если прокопать тоннель за пределы города, да и то — куда дальше бежать, если остальной континент не особенно обитаем.
Ираида, однако, не теряла оптимизма. Она объяснила, что есть только одна сила, способная облегчить участь этих человеческих рабов, — те самые Горные Козлы. Встретиться с таким судьёй обычному смертному было практически нереально, всё равно что аудиенции у Папы Римского добиться, будучи простым туристом. Но Ираида, моя умница, умудрилась-таки организовать мне встречу с одним из них, так сказать, с глазу на глаз. Именно Козлы когда-то постановили, что стену нужно открыть для торговцев, и они были кровно заинтересованы в том, чтобы их народ был сыт, доволен и хорошо обслужен. Встреча со мной для этого конкретного судьи была, скорее, проявлением любопытства — ну, типа, «а что там этот заморский фрукт нам поведает?». После чего он должен был вынести официальное решение по делу, и всё — вопрос закрыт навсегда. Ни апелляций, ни пересмотров в этой их причудливой судебной системе не предусматривалось. Один раз отмерил — и руби с плеча.
Всё по-взрослому.
