Это просто до смешного. А мы строим заговоры, пытаемся что-то от кого-то скрыть, а этот кто-то заглядывает нам через плечо! Комедия!
— Доктор Дарелл, — скептически спросил Антор, — вы верите в то, что говорите?
— Да.
— Значит, любой из ваших соседей, с которым вы каждый день здороваетесь на улице, может оказаться Психологом, чувствующим пульсацию вашего мозга?
— Совершенно верно.
— Почему же до сих пор никто не помешал осуществлению нашего заговора?
— Почему не помешал? Кто вам сказал, что нам не помешали? Мы только что убедились в том, что кто-то взял под контроль Хомира Мунна. Это первое, а второе: вы уверены, что мы отправили его на Калган по своей воле? Вы уверены, что Аркадия подслушала нас и полетела с Мунном по своей воле? Нам постоянно мешают. Просто мы этого не замечаем. Врагам гораздо выгоднее ввести нас в заблуждение, чем остановить окончательно.
Антор погрузился в размышления и вынырнул с недовольной миной.
— Не нравится мне все это. Чего стоит ваш генератор? Мы не можем всю жизнь просидеть в четырех стенах. Может быть, вы собираетесь изготовить такую машину для каждого жителя Галактики?
— В этом нет необходимости, Антор. Видите ли, у Психологов есть чувство, которого нет у нас. Это их сила, но в то же время их слабость. Скажите, какое оружие поразит зрячего, но оставит невредимым слепого?
— Разумеется, свет, — сообразил Мунн.
— Правильно, — сказал Дарелл, — яркий, ослепительный свет.
— Не пойму, какое отношение это имеет к нам, — заволновался Турбор.
— Самое прямое. Генератор статистического поля можно настроить на генерацию поля, которое будет восприниматься мозгом Психолога, как яркий свет глазами обыкновенного человека. Генератор работает, как калейдоскоп. Он постоянно меняет «картинки» и делает это гораздо быстрее, чем мозг Психолога может их прочитать. Это аналогично постоянной быстрой смене темноты и яркого света. Не слишком приятное ощущение. Если усилить свет — или электромагнитное поле — и ускорить чередование кадров, неприятное ощущение превратится в непереносимую боль. Разумеется, для того, кто «видит» это поле.
— В самом деле? — спросил Антор. — Вы испытывали прибор?
— Нет, конечно. На ком я мог его испытать? Но уверяю вас, он будет работать.
— Ну-ка, где включается генератор, установленный в вашем доме? Покажите.
— Здесь, — Дарелл вынул из внутреннего кармана предмет величиной с сигаретную коробку и протянул Антору.
Антор осмотрел рогатый предмет и пожал плечами.
— Не пойму, что к чему. Дарелл, объясните, что можно нажимать, а что нельзя. Боюсь случайно отключить.
— Не беспокойтесь, случайное отключение невозможно. Выключатель фиксируется, — Дарелл подергал неподвижный рожок.
— А эта ручка зачем?
— Она регулирует частоту смены кадра. А эта — силу поля.
— Можно..? — Антор положил палец на регулятор.
Все сгрудились вокруг него.
— Отчего же нельзя? Ведь с нами ничего не случится.
Дрожащей рукой Антор повернул регулятор сначала в одну сторону, потом в другую, но ничего не случилось. Пытаясь напрячь свои чувства и уловить таинственный сигнал, Мунн часто моргал, а Турбор скрипел зубами.
Антор пожал плечами и бросил панель управления Дареллу на колени.
— Придется верить вам на слово. Мне трудно представить, что в тот момент, когда я поворачивал ручку, что-то происходило.
— Вы правы, Пеллеас Антор, в тот момент ничего не происходило, — сказал Дарелл, поджав губы. — Вы держали в руках макет. А настоящая панель осталась у меня.
Дарелл расстегнул пиджак и взял в руку пристегнутую к поясу точно такую же рогатую коробочку.
— Вот сейчас произойдет! — и Дарелл повернул регулятор мощности до упора.
С жутким криком Антор повалился на пол. Он стал кататься по полу и рвать на себе волосы.
Мунн, глядя на него полными ужаса глазами, подобрал на кресло ноги, чтобы случайно не коснуться корчащегося на полу тела.
Турбор и Семик сидели неподвижно, бледные, как гипсовые статуи.
Дарелл выключил генератор. Антор несколько раз дернулся и затих. Он был жив и дышал, как загнанная лошадь.
— Помогите мне положить его на диван, — сказал Дарелл, беря молодого человека под мышки.
Турбор взял его за ноги, и вдвоем они подняли Антора, как мешок с мукой, на диван.
Прошло несколько минут. Дыхание молодого человека успокоилось, веки дрогнули и приподнялись. Лицо его пожелтело, по вискам струился пот. Он заговорил чужим, надтреснутым голосом:
— Не надо! Не надо больше! Вы не представляете, не представляете, как это о-о-о…
— Не будем, — сказал Дарелл, — если вы признаетесь, что вы агент Второго Фонда.
— Дайте воды, — попросил Антор.
— Принесите воды, Турбор, — распорядился Дарелл, — и бутылку виски.
Влив в Антора стакан виски и два стакана воды, Дарелл повторил вопрос. В молодом человеке сломалась какая-то пружина.
— Да, — сказал он устало, — я агент Второго Фонда.
— Который, — продолжал Дарелл, — находится на Термине?
— Да, да, вы абсолютно правы, доктор Дарелл.
— Хорошо. Теперь объясните нам, что происходило в последние полгода.
— Я сейчас засну, — прошептал Антор.
— Нет! Сейчас же говорите!
