Однако с каждым новым кругом змея, жизнь уходила из полуэльфийки. Эль опустилась на колени, бессильно уронив кровоточащую руку. Она становилась все бледнее и бледнее. Вокруг глаз обозначились черные круги, носом тоже пошла кровь.
Но тут змей внезапно остановился:
— Ш-ш-шиа — ас-с-са — тах… — с последним звуком, Флин вдруг широко распахнул глаза и глубоко вдохнул.
Флин судорожно выдохнул. К нему пришли последние воспоминания. Три воина Гифонов напали на него и убили. Теперь перед ним была другая картина: Элевьена и большое чудовище, которое сразу узнал Флин. Встав на колено перед Дайошис, он склонил голову в знак покорности. Было неожиданно, что перед ним будет их бог-демон, которому поклонялись наги и их организация. Точнее, он был не богом, а скорее злым божком, высшим демоном, который черпал свои силы из жертвоприношений. Не меньше, его удивило присутствие Элевьены. Неужели это она призвала Дайошис? Быть того не может. Он посмотрел на свой перстень со змеей, перстень был раскален от присутствия демона. Значит, “они” это тоже чувствуют.
— Я признаю твою силу, великий бог. — Приветствовал демона Флин. — Что пожелаешь?
— Ты один из ос-с-ставшихся с-семерых, которые не отвернулис-с-сь от меня, а продолжают служить мне, — прошипел демон. — Поэтому ты заслуживаешь вторую жизнь и мое божественное благословение!
— Благодарю тебя, Великий.
— Благодари девку, которая вызвала меня, — сказал Дайошис. — Никто не может вызывать меня, кроме моих подданых наг и Гаррона. Но он, как и вы, давно не делал кровавых ритуалов в мою честь! Теперь он нес-с-сомненно почувствовал мое присутствие в этом мире.
Демон посмотрел на Элевьену. И на свой укус на ее руке.
— Вы с-с-связаны жизненной нитью. Судьба сплетена! — медленно произнел демон. — Умрет один, умрет и второй. И для поддержания жизни, тебе придется с-с-совершать кровавый ритуал каждую неделю, Флин. Такова цена!
Он начал покрываться камнем и медленно превращался в статую. Его голос становился все тише и тише.
— С-с-советую проверить с-с-свои новые способности, Флин. Я дал тебе свое благо-с-словение, так пользуйся им! — посмотрел и на Элевьену. — Тебя я тоже запомнил.
С этими словами Дайошис окончательно превратился в статую и просто исчез.
Флин не мог поверить в происходящее, он только был мертв и вот его оживляют. Глаза вдруг заслезились и появилась резь. Он взял лежавший рядом с ним меч и посмотрел на свое отражение в лезвии. Его зрачки стали вертикально узкими, как у змеи. Повернувшись к Элевьене, Флин посмотрел на нее своим новым взглядом и ухмыльнулся.
— Вот и встретились снова.
Девушка попробовала улыбнуться в ответ, но смогла лишь чуть дернуть уголком губ. Силы вместе с кровью продолжали уходить из нее. Кровоточащей руки она уже не чувствовала до самого плеча. Постепенно немело и все тело. Веки внезапно потяжелели. Держать глаза открытыми стало слишком сложно… Эль проваливалась в сон, который мог стать бесконечным.
Здоровая рука, на которую она опиралась, перестала слушаться и девушка безвольно завалилась на бок.
Осмотрев рану и пощупав пульс, Флин оторвал свой рукав и перевязал девушке руку. У него была такая же рана, но благодаря змеиным способностям его кровь быстро сворачивалась и рана не кровоточила. Чего нельзя было сказать о Элевьене. Она упала в обморок из-за потери крови. Флин тоже чувствовал легкое головокружение от того, что они были связаны жизненной нитью с девушкой.
Город был большим и шумным. Пройдя через ворота, Флин увидел кучу народа и непонятной суеты. Быстро спросив у стражника, есть ли тут приличные таверны, тот указал на Пьяного Монарха. Заведение и впрямь было хорошим, для такого грязного города. Сняв комнату на втором этаже, Флин отнес девушку наверх, в кровать. Потом спустился вниз и спросил у трактирщика, где находится лекарь. Лекарь выглядел обычным уставшим старичком, с сундучком подмышкой. Осмотрев Эльевену и сменив ей повязку, он влил ей в горло несколько лекарств. Уходя, он пробубнил:
— У нее потеря крови, — пробубнил очевидное лекарь. — Пусть немного полежит в постели и побольше пьет воды, не вина. Ну и ест конечно. Ей силы нужны.
Флин сел на край кровати и посмотрел на нее. Она с трудом разлепила глаза.
