Основы нейролингвистического программирования полностью

Теперь, имея все это, осуществите анализ — то есть беспристрастно проанализируйте все, что есть и происходит, сравнив это с тем, что должно быть и должно происходить. После чего составьте подробные проекты, с помощью которых вы возьмете ответственность за свою деятельность (выделить час ежедневно, сходить к Иванову и договориться, когда он введет меня в курс дела; позвонить Петрову и попросить CD с Windows и Microsoft Office; зайти к Сидорову и взять у него книги и т. п.). А далее определяетесь с повседневными действиями, каковые вам надлежит делать, чтобы в конце концов добиться желаемой цели и удовлетворить исходное намерение (сегодня же поставить Windows-98, изучить Help и справку и т. п.).

Вполне возможно, что вышеописанное показалось вам громоздким и особо не нужным. Если так, то вы не правы. Ведь самое главное в этой действительно в чем-то избыточной конструкции — это именно согласованность всех ее элементов, после которого неясные намерения человека реализуются в целях и раскрываются до повседневных действий. И если вы вспомните, сколько часто — сплошь и рядом! — в реальной жизни люди делают совсем не то, что намеревались (вы — ле исключение из этого «сплошь и рядом»), то, может быть, поймете, что это происходит потому, что основные элементы или части их деятельности исходно были не согласованы. И более серьезно и ответственно отнесетесь к вышеописанному…

Помимо вышеизложенных моделей и фреймов в нейролингвистическом программировании есть и еще одна модель — Р. Дилтса. Согласно этой модели (в несколько вольном ее изложении), для того, чтобы человек добился некоей цели, необходимо выполнение всего двух условий:

● он обязан знать, чего хочет, и

● он должен обладать готовностью к достижению того, чего хочет.

С первым условием, которое полностью «вписывается» в систему хорошо сформулированного результата, мы с вами разобрались. Настала пора разобраться и с условием вторым — с формированием подсознательной готовности к достижению цели.

С точки зрения НЛП, готовность к достижению любой цели (или выполнению любой деятельности) состоит из пяти компонентов.

Во-первых, это желанность цели, которая при том еще и должна «стоить того», ибо никто не будет стремиться к достижению нежеланной цели.

Во-вторых, это убежденность в достижимости цели, поскольку цели, оцененные как недостижимые, мягко говоря, «не греют» и уж тем более — не мотивируют

В-третьих, это уверенность в том, что действия, которые придется предпринимать для достижения этой цели, будут носить нормальный и естественный характер — то есть, что не придется ломать себя, перестраивать свою жизнь или отказываться от чего-то очень-очень ценного.

В-четвертых, это убежденность в своих способностях достичь цели, так как любая мысль о неспособности способна парализовать и достижение цели, и деятельность (об этом, к их собственному сожалению, хорошо знают мужчины, испытывающие затруднения в сфере сексуальных отношений).

Ну, а в-пятых, это уверенность в заслуженности достижения цели, что особенно актуально в нашей несчастной стране, население которой твердо убеждено (убедили!), что оно не заслуживает ровным счетом ничего…

И если мы столь часто не добиваемся того, чего хотим, в этом повинна так называемая не конгруэнтность — несовпадение сознательных и подсознательных компонентов нашего целеполагания. Ибо сплошь и рядом, сознательно стремясь к достижению чего-то действительно ценного, мы подсознательно бываем не готовы к тому, чтобы его добиться и достигнуть.

Наверное, это одна из главных патологий человеческой жизни: то, что осознанно декларируя готовность к достижению какой-то очень-очень желанной цели, люди подсознательно (в глубине своей души) либо просто не хотят ее, либо не верят в достижимость этой цели, либо считают процесс ее достижения неестественным (несоответствующим каким-то условиям или их собственному естеству и сути), либо опять-таки не верят, но уже в свои способности в достижении этой цели, либо просто считают себя не заслуживающим искомого блага.