Основы нейролингвистического программирования полностью

2. Теперь выберите что-нибудь, что вы хотели бы делать (или должны делать), но в чем вам недостает этой самой мотивации (если опять-таки ничего не придумали, возьмите любую работу).

3. Используя субмодальностный список, найдите разницу в этих двух переживаниях: мотивации и недостатка мотивации.

4. Теперь осуществите перенос ключевых субмодальностей и, выждав несколько минут, оцените свое желание делать то, что ранее вы делать не хотели.

Субмодальностные переносы позволяют вам редактировать любые переживания и опыт клиента. И трудно даже перечислить все области, в которых его можно применять. Однако в принципе все их можно свести к четырем важнейшим.

Во-первых, это способности — понимать или делать что-то (превращение замешательства в понимание как раз и представляет собой перенос способности понимания).

Во-вторых,это желания и связанные с ними эмоции — то есть мотивация делать нечто, что ранее не хотел делать и/или привлекательность чего-то ранее непривлекательного.

В-третьих, это убеждение в возможности что-то сделать или что-то получить (достичь, добиться) — важнейший, как вы уже знаете, компонент бессознательной готовности к деятельности. Это настолько важно, что мы не советуем вам приступать ни к каким психотерапевтическим интервенциям до тех пор, пока вы не выясните то, как клиент представляет себе процесс исцеления, не подберете «эталон» хоть чуть-чуть похожей деятельности, про которую он точно знает, что может ее делать (то есть где присутствует качество «естественной возможности»), и не осуществите перенос субмодальностей с «эталонной», принимаемой как естественная возможная, деятельности на предполагаемый процесс изменения.

И, наконец, в-четвертых, это состояния — психики, души и тела человека. Например, страх, который человек испытывает в какой-либо ситуации, можно легко уничтожить, если перенести в эту ситуацию субмодальности спокойствия или смелости…

Не знаю, обратили ли вы внимание на то, что в рассказе о субмодальностях мы все время говорили только в терминах трех модальностей — визуальной, аудиаль-ной и кинестетической, — начисто исключив любое упоминание о модальности четвертой — дискретной? Дело в том, что вплоть до недавнего времени мысль о том, что к слову — главному элементу дискретной модальности — так же применимы субмодальностные законы и закономерности, как-то не очень укладывалась в головах специалистов по нейролингвистическому программированию. Но время пришло, и до этого додумалась немецкий исследователь и практик психотерапии К. Бессер-Зигмунд, создавшая метод «магические слова». Кстати, именно так называется ее книга («Магические слова. Пособие по психологической самозащите»), из которой и почерпнуто нижеописанное.

Идея этого метода, что говорится, лежала на поверхности. Среди океана используемых нами слов есть целый ряд таких, которые вызывают у нас не совсем «здоровую» (а наоборот, болезненную) реакцию. Например, для студентов это слово «экзамен» (правда, только в сессию), для автолюбителей — «ГАИ» (теперь «ГИБДД»), для политиков — «выборы» и т. д. и т. п. Мы намеренно называем некие общие слова, так как перечислить все те из них, которые являются стрессогенны-ми, попросту невозможно — и по причине их обилия, и в силу индивидуального характера воздействия (слово «деньги» совершенно по-разному «звучит» и совершенно разное значит, например, для уверенного в себе нового русского и страдающего от безденежья бедолаги). Определяется это, конечно же, тем, что мы связываем с конкретным словом. Но что определяет То, как мозг, а значит, и мы, реагируем на это слово? Как обнаружила Бессер-Зигмунд — те самые субмодальности, с помощью которых мозг кодирует не только VAK, но и D в нашем внутреннем опыте!