Шелой овладела паника. Она сдавленно хрипела, руками пытаясь разжать магические путы. Бесполезные действия не приносили никакой пользы, только смешили Лерриаля. Его противный смех взбесил её и помог вернуть самообладание. Она сбросила магию освобождающим заклинанием.
В следующее мгновение Лерриалю стало не до смеха — «кладбищенская колючка», как её называли в народе, стремительно атаковала его сзади и обняла с такой горячностью, что некоторые колючки даже прошли насквозь. Шеле не нравилось это магическое растение, но именно сейчас оно пришлось как нельзя кстати — в его иглах содержался яд, ослабевающий магические силы на полчаса, и росло оно только на кладбищах, используя камни и надгробные плиты в качестве почвы.
Шела выложилась по максимуму, вынуждая колючку стремительно расти и вонзать илы в тело Лерриаля. Но даже несмотря на упадок сил, вызванный атакой растения, он смог использовать магию смерти — кладбищенская колючка почернела, завяла и упала к его ногам.
— Вижу, ты прилежно училась, — констатировал Лерриаль.
— Поздновато ты заинтересовался моей учёбой, папуля, — зло выплюнула Шела и произнесла заклинание призыва. Выращенный в саду свекра земляной голем тут же явился на зов и бросился на Лерриаля.
Голем наносил ему мощнейшие удары, используя свои громадные кулаки. Голова Лерриаля болталась из стороны в сторону. Удар в живот согнул его пополам. Прыжок голема расплющил его по поверхности валуна.
Шела не верила своей удаче — Лерриаль едва двигался и уж точно не мог пользоваться магией. Однако вскоре голем осыпался горсткой земли — очередное смертельное заклинание сорвалось с губ лорда.
— Никогда недооценивай противника, милая. Годы опыта не затопчешь каким-то земляным големом. Хотя он был хорош, признаю.
Он чуть стоял на ногах, весь побитый, в синяках, ссадинах и кровоподтёках. Но всё равно был сильнее.
Липкие нити паутины возникли буквально из воздуха и за считанные секунды спеленали Шелу в удушающий кокон. Воздух покидал её легкие, будто песок в песочных часах — также быстро и неумолимо.
Не успели мушки перед глазами собраться в полноценную стайку, как на Шелу обрушилась желанная свобода. И освободил её явно не Лерриаль — борьба продолжалась.
— Териас! — Шела потрясенно вскрикнула, заметив мужа в центре ритуального круга. — Зачем?
Он даже не взглянул на неё, продолжая методично поджаривать зад Лерриаля и блокируя его заклинания. Не видел он и запрыгнувшего на валун Приндла, осторожно подкрадывающегося сзади.
— Ах ты мерзкий маленький подхалим! — Водяная рука схватила толстяка за туловище и развернула лицом к Шеле. — Это нечестно — подкрадываться сзади!
— Никто и не говорит о честности, когда на кону стоит жизнь хозяина! — Он предпринял попытку вырваться, но водяная рука не собиралась упускать свою добычу. — Отпусти меня, грязная полукровка!
— Ну уж нет!
Водяная рука превратилась в шар, заключив в себе толстяка. А чтобы тот не смог произнести контрзаклинание, его рот беспрестанно наполнялся водой. Он неразборчиво бормотал, то захлебываясь, то кашляя, махал своими короткими конечности и смешно выпучивал глаза.
Териас закидывал Лерриаля огненными шарами — тот их тушил. Запускал в него ледяные стрелы — он останавливал их ветряным щитом. Как и Шела использовал кладбищенскую колючку — он её убил. Казалось, Лерриаля невозможно победить — он словно феникс каждый раз восставал из пепла. Но Териас был уверен — у его злобного тестя есть слабые места, нужно только понять какие.
Лерриаль обратился к магии смерти. В Териаса полетело смертельное заклинание, которое он едва успел отбить. На этом Лерриаль не остановился — в ход пошли сгустки тьмы. Парочка даже зацепила Териаса, оставив после себя кровоточащие раны.
— Кассэ моррэ, руаллэ! — Лерриаль выкрикнул заклинание призыва.
Перед Териасом материализовался лич — умерший маг-некромант, оставшейся нежитью вместо того, чтобы отбыть в подземный мир Катэрасиса. Но не глядя на это, личи оставались его слугами. Они обладали разумом и были неуязвимы, в отличие от живых некромантов. В основном, привязать к себе лича можно было, если тот был чем-то сильно обязан при жизни, либо если являлся родственником и добровольно согласился помогать.
— Индатрэ вердэ! — Лерриаль приказал личу убить Териаса.
Однако шан Эрлиаль не струсил. Он знал, кого можно противопоставить личу.
— Кассэ моррэ, ганэррэ!
Огненная птица плавно опустилась на валун, гордо вздернув клюв.
Огница или жар-птица воплощала собой существо, состоящее из чистого, первозданного огня. По легендам она освещала путь заблудшим путникам, спасала непорочных, добрых и отзывчивых созданий, сохраняла баланс между смертью и жизнью, могла противостоять магии некромантов и нежити. Огницы не становились слугами простых смертных, но Териасу повезло — когда-то давно он спас детеныша птицы, и та пообещала прилететь по первому его зову.
Лерриаль побледнел от ярости. Он был всего в шаге от своей цели, почти расправился с девчонкой-выскочкой! Но рыжий недоносок решил разрушить всё то, к чему Дарриус так долго стремился.
