Особенности кошачьей рыбалки полностью

Столы были простые, деревянные, но выскобленные до белизны. На каждом имелся сверкающий медными боками самовар, увешанный гирляндой баранок.

Лола и Маркиз расположились за одним из столов, и к ним тотчас подошла румяная молодка в ярком сарафане, наверное, официантка. Лола мысленно отметила, что у нее, несомненно, есть пара лишних килограммов, но молодка по этому поводу ничуть не огорчается. И, пожалуй, эти килограммы ничуть ее не портят. А тут следишь за собой, во всем себе отказываешь, боишься лишний кусок съесть…

— Будете кушать или только чайку? — спросила молодка, с улыбкой глядя на Пу И. Когда она улыбалась, на щеках у нее появлялись очень симпатичные ямочки.

Приглядевшись, Лола заметила на ее сарафане бейдж с именем — Наталья. Наверное, она не официантка, а хозяйка этого заведения. Оно и верно, зачем здесь еще и официантку держать, одному-то человеку делать нечего…

— Чайку! — ответил Маркиз, потирая руки. — Ну и каких-нибудь булочек, плюшечек… что там у вас есть.

— Сейчас принесу! — Наталья, однако, не спешила. — А чай какой будете — черный, зеленый, фруктовый? Есть на смородиновом листе, есть на малиновом, есть мятный…

— Простой черный! — строго проговорила Лола. — И у вас есть какие-нибудь зерновые хлебцы? Что-нибудь диетическое!

— Нет… — огорченно ответила краснощекая молодка. — Сухари есть с орехами…

Пу И заскулил, напоминая о себе.

— Да, чуть не забыли главное! — спохватился Маркиз. — У вас найдется ореховое печенье для этого товарища?

— Для него-то? — Наталья посмотрела на Пу И с нежностью. — Для него обязательно что-нибудь найду!

«Ага, — подумала Лола, — для него ореховое печенье найдет, а для меня диетические сухарики и не стала искать…»

Лола тут же устыдилась своих мыслей: надо же, ревновать к Пу И! Это не только глупо, но и недостойно. И то, что эта особа готова ради песика в лепешку расшибиться, говорит о ней только хорошо…

— Кстати, — проговорил Маркиз, прежде чем Наталья отошла от их столика, — кстати, нам нужен ваш совет…

«Какой еще совет? — насторожилась Лола. — Вот не может не привязаться к посторонней женщине с разговорами…»

— Ему, — Леня показал на Пу И, — ему доктор очень советует провести лето на свежем воздухе. Для укрепления иммунитета, и вообще… Вот мы ездим по Карельскому перешейку, присматриваем что-нибудь подходящее, и ваш поселок нам очень приглянулся. Вы не знаете, у вас никто не сдает дачу на лето?

— Дачу? — Наталья задумалась. — Кажется, Николай Алексеевич в прошлом году сдавал, у которого дом в самом конце деревни. Но у него из удобств — только будка во дворе…

— Нет, только не это! — не выдержала Лола.

— Да, будка во дворе — это перебор, — поддержал ее Маркиз, — а вот мы видели такой симпатичный домик рядом с этим… с музеем. Такой зеленый, с красными ставнями.

— А, так это Валентины Михайловны дом… — в голосе Натальи прозвучала неуверенность. — Домик, конечно, аккуратный, и порядок у нее, только она не сдает.

— А что, у нее семья большая?

— Зачем большая? Одна она живет. То есть не совсем одна, а с Ниной, с домработницей своей. Но все равно не сдает. Говорит, что не хочет, чтобы в доме чужие люди жили.

— Может, мы ее сумеем уговорить, — произнес Маркиз.

— Ну, вы-то, может, и сумеете, — Наталья взглянула на Леню уважительно. — Но только не Нину. Нина — уж очень недоверчивая, она с вами и разговаривать не станет. Тут недавно приехал новый проверяющий из энергонадзора, хотел показания счетчика снять, так она его не пустила, говорит: «Я Михал Михалыча знаю, который раньше проверял, а тебя первый раз вижу, может, ты жулик». Так он и уехал ни с чем…

— Надо же, как неудачно! — протянул Маркиз и с надеждой взглянул на Наталью. — Как же быть?

— А вы зайдите к Валентине Михайловне, когда Нины не будет. Может, вы с ней и договоритесь.

— Так вы же сказали, что она тут безотлучно живет.

— Живет-то живет, но она через день в Петровское ездит, в магазин за продуктами. Вчера не ездила — значит, сегодня соберется, причем скоро — в Петровском магазин рано закрывается.

— Вот спасибо! — Маркиз благодарно посмотрел в глаза Натальи, та зарумянилась пуще прежнего.

Лола заскрипела зубами, но сдержалась ради дела.

Компаньоны напились чаю и покинули гостеприимное заведение. Пу И не хотел уходить, но Маркиз показал ему пакет с печеньем, и вопрос был решен.

Лола устроилась на заднем сиденье машины и стала кормить Пу И печеньем. Маркиз отъехал от чайной и поставил машину в укромном проулке за густыми кустами сирени, откуда хорошо был виден зеленый домик.

Время шло, но ровным счетом ничего не происходило.

— И почему ты поверил этой особе? — проговорила Лола, когда печенье подошло к концу.

— А зачем ей врать?

— Ну, не знаю… некоторые особы врут просто из любви к процессу. И долго мы будем здесь сидеть? Я понимаю, мои чувства тебя ничуть не волнуют, но подумай хотя бы о Пу И.

— Пока есть печенье — Пу И не в претензии.

— А когда оно кончится? Кстати, осталось уже совсем мало!