- Я тоже реферат напишу, - заявила Кора, решительно качнулись рыжие кудряшки, а желание девушки помочь отстоять Робина изменяло ее ауру. Небесная голубизна энергетического кокона стала более насыщенной и за несколько мгновений превратилась в сапфировую синеву.
- И я, – Луиза нахмурилась, линия рта показалась жесткой.
Кевин обвел нас взглядом, задумался ненадолго.
- Вообще, это хорошая мысль, - озвучил он итог рассуждений и усмехнулся. - Прям хочется увидеть лицо магистра Фойербаха, держащего в руках несколько рефератов.
- А если их будет двадцать, будет вообще отпад! - Луиза излучала энтузиазм, явно подпитанный эмоциями феи.
Я видела влияние на уровне аур и радовалась тому, что Кора так легко со мной согласилась. Теперь убедить остальных будет проще, и двадцать рефератов вместо одного, назначенного несправедливо, станут реальностью!
До завтра разговоры с другими артефакторами не откладывали, и я в какой-то момент пожалела, что Робин уже ушел, что он не присутствовал при беседах. Поведение магистра Фойербаха раздражало и беспокоило всех, на тренировку и на урок боевой магии все шли с ожиданием новых нападок и придирок на ровном месте. Потому идея тоже написать рефераты была воспринята на ура, а природная магия феи только усиливала желание «щелкнуть по носу преподавателя», как выразилась Сабина.
Дверь открылась, на пороге стоял магистр Клиом:
- Что-то вы расшумелись на ночь глядя, - с легким укором заметил он.
- Пикник планируем, - как ни в чем не бывало ответил Кевин. - На пастбищах полно места, можно там сидеть. Mожно ведь?
- Конечно, пока овец нет, - кивнул декан, - и при условии, что вы за собой все уберете. Пледы можно взять в хозяйственном крыле. Это в подвале, рядом с общежитиями целителей. Я предупрежу экономку утром, она подготовит все необходимое.
- Спасибо, магистр Клиом, - лучезарно улыбнулась Луиза.
- Пожалуйста. Доброй ночи, артефакторы, – попрощался он и ушел, сопровождаемый нашими разрозненными пожеланиями спокойной ночи.
Утром Робин выглядел больным и каким-то осунувшимся. Это особенно бросалось в глаза в сравнении с радостными юмнетами, которые отправлялись на поверхность, и на фоне все ещё полных решимости написать рефераты артефакторов. За завтраком он выпил не меньше литра молока, а из еды соблазнился только оладушками с медом. И то съел всего пару штук.
- Ты в порядке? - улучив момент, чтобы наш разговор не слышали, cпросила я.
- Да, - соврал Робин, - мама написала, что еще один заказ пришел на похожую шкатулку, как для Mарго, для моей сестры. Надо в срок успеть.
Οн устало потер лицо ладонью.
- Полночи с расчетами провозился. Письмо отправить надо, она в понедельник получит, сможет заказать материалы еще по скидке. У меня купон как раз до конца сентября.
Парень допил молоко и спросил:
- Пойдешь со мной в город? Хоть немного от учебы отвлечемся. Кевин говорил, в булочной рядом с детским садом вкуснющий яблочный пирог. По эльмскому рецепту.
- Звучит соблазнительно, - улыбнулась я. - Мне тоже нужно отправить письмо, и ты прав. Нужно отдыхать.
Он просиял, и по отклику ауры стало очевидно, что Робин очень рад моему согласию. Вновь пришла приятная, хоть и немного смущающая мысль о свидании. Стараясь скрыть румянец, я суетливо взяла чашку с недопитым кофе, спросила, какой узор выбрал заказчик для шкатулки.
- Папирус, все в египетском стиле. Mама картинок прислала больше десятка, есть на что ориентироваться, чтобы правде соответствовало.
По дороге к почте и в кафе мы говорили о шкатулке, о рисунках, о сестре и маме Робина, о моих приемных родителях. Постепенно он взбодрился, много улыбался, аура мягко сияла приглушенным золотом, и я подумала, что все мы немного феи. Искреннее расположение, неподдельный интерес творят чудеса. Одним из них стало проведенное с Робином время.
Встречаясь взглядом с кареглазым парнем, я признавала, что он мне нравится. Очень нравится. Звук голоса, теплая улыбка, ласковое свечение маняще красивой ауры… Тон разговоров был дружеским, не более, но чувствовалось, что Робину я тоже симпатична. Его выдавали даже не слова, не жесты, а аура. Подделать такое невозможно.
Я увлеклась разговором с Робином и не сразу заметила, как за другим столиком в кафе устроилась Соня с подружками-алхимиками. Я обратила на них внимание только, когда за девушками зашел Свен с боевого факультета и напомнил, что скоро обед. Тогда же и мы с Робином засобирались в школу, а парень удивленно признался:
- Я даже не думал, что мы тут больше двух часов сидим. Время незаметно пролетело, - а потом смущенно добавил: - с тобой так просто, по-домашнему.
Пусть и не самые изысканные слова, зато честные и порадовавшие искренностью. Еще приятней было то, что это признание отразило мои собственные чувства. С Робином мне было уютно, будто мы давно познакомились и всегда прекрасно ладили. Как все же быстро изменились отношения, учитывая первое впечатление, которое он на меня произвел.
