Магистр Фойербах сложил руки на груди, нахмурился. Из-за шрама казалось, он очень злится.
- Он может стать одним из лучших твоих учеников, - продолжал магистр Клиом, положив ладонь на спинку гостевого кресла в своем кабинете. - Может уважать тебя, как преподавателя. Стать гордостью Юмны. А ты делаешь все, лишь бы он обозлился и возненавидел тебя и всю школу заодно!
Декан бойцов молчал, буравя взглядом собеседника.
- Мне хочется думать, что тебя пригласили потому, что ты хороший преподаватель, Йохан. А не потому, что хотели воспользоваться твоими предубеждениями! - отрезал артефактор.
- Лина, тебе еще чаю налить? - раздался рядом тихий голос Робина.
Я вздрогнула, видение о разговаривающих на повышенных тонах магистрах померкло.
- Да, пожалуйста, - часто моргая, пытаясь избавиться от образов, придвинула Робину чашку. - Кажется, я засыпаю.
- Нужно отдохнуть и пораньше лечь. Завтра боевая магия, то ещё испытание, - хмуро ответил он.
- Слышал, что декан сказал? Мы с тобой два сильнейших бойца факультета. Может, магистр Фойербах просто огорчен, что его студенты слабей тебя.
Робин глянул на меня искоса, усмехнулся:
- Это интересная мысль. Я точно знаю, что с Адамом мы вровень, а другие слабей. Но без арены не проверить.
- Откуда знаешь? - насторожилась я.
Робин смутился.
- Ну, рядом с Юмной кристаллы, которые магические всплески отслеживают, кое-где не работают. Фон сильный, они сбоили постоянно, - наклонившись к моему уху, шепотом объяснил парень. – Ты только не говори никому. Это секретно и небезопасно. Такие места торговцы с черного рынка контролируют. Хотя теперь весь рынок трав, зелий и даже простеньких артефактов черный.
Οн тяжело вздохнул и, убедившись, что никто не прислушивается к разговору, продолжил:
- Отец рассказывал, за такие места идут серьезные бои. Он же полицейский из специального отдела, знает точно. Есть, конечно, и участки, которые департамент контролирует. Там, например, спецподразделение тренируется. Йонтахи и еще несколько богатых семей выторговали в начале года возможность учить своиx детей там же на курсах для телохранителей.
- У магистра Фойербаха? - уточнила я.
Робин кивнул. Οтлично, буду знать, что слова Свена, Тобиаса и, к сожалению, Адама нужно порой понимать ровно наоборот.
- Отец и меня пытался на те занятия устроить, но… - Робин потупился и мрачно пояснил: - Он всего лишь полицейский. Отличный послужной список ничего не значит.
- Парни знали и поэтому цепляются?
Он снова кивнул.
- Мы пойдем в башню, - Кевин хлопнул Робина по плечу. - Вы с нами?
- Я еще чаю выпью, – я подняла свою почти полную чашку. - Вы идите, мы чуть позже подойдем.
Ребята ушли, мы с Робином остались за столом одни. Оглядевшись, увидела, что стол преподавателей опустел, а в зале был от силы десяток юмнетов. Робин придвинул нам чайник и вазочку с шоколадным печеньем, попытался завести разговор о магическом истощении, но в мои планы это не входило.
- Отец научил тебя самообороне из-за Свена с Тобиасом? – осторожно предположила я.
Робин вздохнул, но ответил.
- И из-за них тоже. Они пробовали несколько раз. Нападали на меня еще раньше, на поверхности. Мы же на спорте пересекались два раза в неделю. Ну и по тому, как и какие заклинания они использовали, знаю, чего от них ждать.
- А Адам?
- Нет. Он никогда. И они при нем не лезли. Послушай, давай не будем об этом?
Я взяла его за руку, заглянула в глаза:
- Робин, об этом мне нужно знать. Мы же с тобой вместе. Я уже поняла, что они не отстанут, и готова к нападкам, теперь буду готова даже к атакам.
- Тебе не нужно бояться. Они не станут нападать на тебя. Да и в любом случае я смогу тебя защитить, - поспешно заверил он. – Это с беспалочковой магией пока не все гладко. С палочкой я хорошо колдую.
Я улыбнулась:
- Οхотно верю. Я не боюсь их и помогу отбиться, если что. Вместе - это вместе.
Он просиял, будто в жизни не слышал ничего более приятного. Побледневшая после тренировки аура засветилась золотом, на сердце стало легко и радостно. Лицо Робина оказалось рядом с моим, я чувствовала кожей его тепло, губы почти коснулись моих.
- Можно? - чуть слышный шепот, воздух, пощекотавший мои губы.
Я подалась к Робину – первый в моей жизни поцелуй получился неумелым, но нежным, бережным и с неповторимым ароматом меда и лимона. Чувствовала, как от смущения горели щеки, Робин тоже стеснялся, хотя явно был рад. Аура сияла от удовольствия, поблескивала искорками восторга. А когда я посмотрела в карие глаза, за первым поцелуем последовал второй.
Никогда не думала, что целоваться так приятно!
- Ты удивительная, Лина, - прижавшись лбом к моему лбу, выдохнул Робин. - Чудесная. Во всех смыслах.
Расставаться не хотелось, делить свои чувства, новые переживания с другими – тоже. Мы не говорили об этом, но оба думали наверняка одинаково, потому что в башню так и не зашли. Стояли у прикрытых дверей, целовались, обнимались наедине, пока не услышали, как кто-то очень близко к выходу желает остальным спокойной ночи. Только тогда мы с Робином попрощались.
