Никогда не думала, что на меня могут так смотреть, с таким восхищением, благоговением даже. Странное и страшное чувство. А еще трепет вызывает, если так парень смотрит, который тебе нравится. Он сам надел браслет. И словно случайно, мазнул пальцами по руке, вызывая толпу мурашек бегущих по спине.
— Очень впечатляет.
— Да, — согласилась я, вот только мы разные впечатления имели в виду, как мне показалось.
— Так что там с ужином? Зачем ты сказал, что я твоя девушка?
— Потому что иначе Вик сделал бы на тебя стойку. Я видел, как он на тебя смотрел.
— Мне стоит переживать об этом?
— Пока нет. Алекс вовремя подкинул эту идею с ужином. Если представить тебя семье, то Вик не посмеет тронуть.
— Он что, правда такой монстр?
— Некоторые считают монстром меня.
— Почему?
— Потому что я не святой, Эля.
— Я не очень понимаю, о чем ты говоришь.
— Поверь, это к лучшему.
— Погоди, а как же запрет на отношения с людьми?
— Не на отношения, на семьи. Никто не идет против закона, иначе последует наказание. Для одного из нас, возможно прощение, для человека исход один.
— Какой же?
— Смерть.
— Но это же… это не справедливо.
— Каждый из нас знает, что нельзя, ни при каких обстоятельствах открывать свою сущность людям. Но очень трудно сохранить секрет, если ты встречаешься с одним из них, если любишь.
— Разве нельзя просто стереть память?
— На это способны не многие. Тем более, если нужно стереть несколько лет жизни.
— Но ведь в вашем мире есть специалисты.
— И ты даже не представляешь, сколько стоят их услуги. В нашем мире легче устранить угрозу, чем.
— Заплатить. Жестоко.
— Возможно. Но только так мы можем выжить. Скоро стемнеет. Нам пора возвращаться в дом. Пойдем?
Я кивнула, а Егор помог подняться, вот только не отпустил.
— Есть еще одно. Там, в доме, мы должны будем изобразить, что давно вместе.
— Я поняла.
— Нет, это не так. С момента, когда ты переступишь порог, мы должны быть безупречны. Поэтому прости меня, но я должен это сделать.
И с этими словами он схватил меня за затылок и поцеловал. Жестко и по настоящему. Мне не просто понравилось, мне так хорошо не было уже очень… да никогда не было. Куда там Ромкиным слюнявым поцелуям до этого… совершенства. Я не заметила даже, как сама обвила его руками и ответила на поцелуй так, словно это мой последний момент в жизни. Мы слегка, точнее очень сильно, увлеклись, только громкий крик какой-то птицы, заставил его отпустить меня.
Я сожалела, что нас прервали, секунд тридцать, а потом залилась краской стыда и смущения. Мне реально было очень стыдно, а еще очень хотелось повторить, и за это мне тоже было стыдно. Блин, дожила. Я почти совершеннолетняя, а веду себя так, словно мне тринадцать и это мой первый поцелуй. Но с ним-то он первый.
— Иди сюда, — проговорил Егор, заметив мое смятение. Только истолковал его как-то превратно, — Просто представь, что играешь роль в спектакле.
Он снова меня поцеловал, но на этот раз полностью и себя, и меня контролировал. Дирижер чертов. Только я-то никакого контроля не хотела. Какой на фиг контроль, когда во мне бушуют гормоны и хочется… хочется. блин, не знаю я, чего мне там хочется.
— Ну, как?
— Думаю, нам стоит еще немного потренироваться. Для достоверности.
Он сказал, а мне показалось, что и его обуревают те же чувства, что и меня. Вот только он был слишком серьезен. Слишком себя контролировал, не давая и мне переходить черту, которую я так хотела перейти.
Мы вернулись в дом, когда совсем стемнело. Когда вошли, нас встречали не только братья Егора, но и его родители. И опять я едва не скончалась от пережитого шока. Егор спас. Отвлек в этот момент все внимание на себя, задав отцу какой-то вопрос. Зато я немного оклемалась. Блин, тень Егора ничто, по сравнению с тенью его папаши. Как только мы вошли, это страшное нечто чуть не выпрыгнуло из него и не схватило меня. Жуть. Мама Егора поначалу показалась вполне обычной, но когда он нас знакомил, она тоже изменилась. Приобрела лишнюю конечность в виде хвоста и маленьких рожек на голове. От греха подальше Егор утянул меня наверх, в свою комнату. И как раз кстати. Едва закрыл дверь, как чуть не впечатал меня в дверь и поцеловал так, словно я в чем-то провинилась. Почти жестоко.
— Успокойся. Алекс мысли читает. Это чудо, что он отлучился, когда ты бледнела перед моими родителями, — прошептал он, на мгновение от меня оторвавшись.
— Прости, но они у тебя очень жуткие, — попыталась оправдаться.
— Отец потомственный темный, мама демон из правящего круга.
— Демон? А они существуют? — удивилась я.
— Также как и вампиры, — получила ответ прежде, чем мои губы снова начали терзать.
— Прости, а это обязательно?
Спросила я через несколько минут, когда меня соизволили отпустить, наконец.
— Когда мы вернемся, ты должна быть смущенной и пахнуть мной.
— Класс. Они что и запах чуют?
— Нет, — усмехнулся он, — Только мама.
