- Скоро пройдет, - прошептал он и наклонился так близко, что я перестала дышать. Когда он коснулся моих губ своими, то меня словно током пронзило, а в голове резко прояснилось. Я вдруг поняла, что никакой это, твою мать, не сон. И на меня кто-то напал у ресторана. Я почему-то в машине у Егора, и он меня целует, весьма успешно для него, но совершенно неприемлемо для меня. Я начала отбиваться, но этот гад так жестко меня захватил, что не то, что вырваться, вздохнуть не получалось. А мне ничего не осталось, как использовать свое последнее стратегическое оружие. Зубы. Я его укусила так сильно, что на собственных губах ощутила его кровь.
Он на мгновение оторвался от меня, коснулся прокушенной губы, улыбнулся и продолжил свое "черное дело". Пока я не придумала новую фишку. Закрыла глаза и притворилась, что нахожусь в глубоком обмороке. И, один бог знает, чего мне это стоило. Потому что мое сознание сейчас словно раздвоилось. Одна его часть требовала немедленно прекратить это безумие, а вторая умоляла продолжить. И этой своей второй половине я едва не поддалась.
В общем, ему не понравилось целовать бесчувственное тело, более того, испугался.
- Эля? Эля?!
Да жива я, жива. А тебе, дорогой, сейчас не до поцелуев станет. Я злая, а еще смущенная, раздавленная собственной безответственностью и безумием, но больше все же злая. Поэтому, а не пойти бы тебе Егор... в тундру. Я даже представила, как он там один, бродит по лесам... или там нет лесов. Кажись, там олени имеются. И вот, он один, верхом на олене, в своей умопомрачительной черной рубашке и ветер развивает его волосы...
Я открыла глаза, но ничего не произошло. Егор, к моему удивлению не исчез, зато разозлился. Сидел, сжимая меня за плечи и сверкал своими злющими глазами, а по венам его... Ой, мамочки! Текла моя сила, которую я направила, собственно, чтобы он испарился. Что за хрень?!
- Какая же ты все-таки сволочь, - прошипела я, вырвалась, размахнулась, насколько хватило места, и ударила этого гада, с чувством и расстановкой. Его отрезвило, меня тоже. Выползла я из этой чертовой машины, шатающаяся, едва стоящая на ногах и злая.
- Дай помогу, - пристал ко мне этот репей так, что и не отдерешь.
- Отвали, я сама дойду.
- Да, уверен твой папа будет в восторге, увидев дочку в таком виде. И боюсь, он не поверит, что ты не банально пьяна.
Нет, здравое зерно во всем этом есть. Вопрос только в том, что мне теперь делать? Вряд ли в арсенале этого гада есть какая-то абракадабра, способная меня излечить.
- И что ты предлагаешь?
- Давай вернемся в машину, и ты просто полежишь.
- Чтобы ты снова начал меня лапать?
В ответ он заскрежетал зубами.
- Обещаю, что не трону, довольна?
- Ага, я что дура, верить твоим обещаниям? Ты же лицемер. И я знаю, что теперь тебе от меня надо. Узнал, что силы вернулись, и захотел воспользоваться старыми приемами.
О, кажется, я его достала. Этот гад, без всяких церемоний схватил меня в охапку, затолкал в машину, пристегнул, причем магией, и рванул на суперскорости куда-то.
- Ты теперь убить нас хочешь, придурок?
В ответ этот гад... гад, трижды, три тысячи раз гад, что-то сделал со мной. Голос. Мой голос пропал. Я выпучила глаза, хотела побить его, но руки не двигались, и ноги тоже. Мамочки! Я деревяшка. Что ты со мной сделал, кретин? Я убью тебя! Дай только добраться и отправишься в Сахару на пожизненное переселение. Егор! Ты слышишь меня? Гад! Га-а-ад! Кажется, мои нервы все же дали сбой, и из глаз слезы покатились. Сама от себя не ожидала. Чтобы я, и плакала. И перед кем? Перед ним? Но вот же, плачу. Заметил. Остановил машину, перепугался.
- Что? Что?! Я сделал тебе больно?
С меня в мгновение словно мешок стокиллограммовый сняли. Я глубоко вздохнула и проговорила, глядя прямо в его порочные глаза.
- Если ты еще раз применишь ко мне магию, то я клянусь, я задушу в себе все крохи чувств, которые еще остались, но выброшу тебя из моей жизни.
Он долго смотрел на меня. Серьезно, без улыбки, просчитывая что-то, а потом кивнул и снова завел мотор.
- Куда ты меня везешь?
- Мы просто покатаемся, пока ты в себя не придешь.
- Папа ждет меня к пол-первого. Я не должна опаздывать.
- Не опоздаешь. И, знаю, ты мне не веришь, но я не собираюсь что-то у тебя отнимать. И сила... я не знаю, что это было.
- Ты прав. Я тебе не верю.
Дурдом. Мое обычное свидание превратилось в какую-то безумную комедию абсурда, причем со мной в главной роли. Это надо же. А главное, я совершенно ничего не понимаю.
- Где Диреев? Почему я с тобой?
- Что последнее ты помнишь?
- Наш разговор. Ты меня достал, и я ушла, кажется. Хотела подождать Славу у машины.
- Тебя пытались похитить.
- Кто? Темные, вампиры, ты?
- Люди.
- Волшебные люди? - вяло удивилась я. Этот день и моя борьба самой с собой окончательно меня вымотали. Я все время соскальзывала в какую-то полуявь.
- Обычные.
- И чего они хотели?
- Мы не знаем. Они все мертвы.
- Ты их убил?
- Я знаю, ты не лучшего обо мне мнения, но людей я не убиваю.
- Ты прав, я не лучшего о тебе мнения.
- И ты ненавидишь меня?
- Местами. А иногда мне тебя жаль. Я знаю, как ты это ненавидишь.
