- Я просто знаю это. У меня много парней было, Эль, ты знаешь, но тянуло всегда только к одному. Вроде, симпатичные парни рядом, а смотришь и чувствуешь, что не то. Просто не то. А с ним... я не знаю, правильно как-то. Даже ругаться. Иногда он так бесит, что прибить хочется, а остыну и первой ползу извиняться. Потому что без него мне хреново, свербит где-то здесь, в душе.
Ленка еще много чего сказала, а мы внимательно слушали, каждая, понимая что-то свое. Я тоже для себя кое-что поняла. Только как с этим жить теперь, не представляю. Да уж, не думала, что любовь может быть такой. Это только в сказках бывает, что они увидели, влюбились, поженились и умерли в один день, а жизнь иногда так все закручивает, что хрен разберешь, как она выглядит, любовь эта. Вот и я считала, что она одна, а оказалось, что совсем другая. И со всеми этими переживаниями иногда думаешь, а может она и не нужна вовсе, любовь эта?
Как-то незаметно начало вечереть. Текилла не кончалась, а мы пошли в разгул. Так что, когда достигли кондиции приставания к моей охране с непонятными намерениями, когда Ленок завела свои частушки о чертях, желающих охмурить юных барышень, а я начала обзывать бедных инквизиторов нехорошими словами, Катерина применила стратегическое оружие. Позвонила Ульянову. Он примчался через полчаса. Взгромоздил свою благоверную на плечо, мной озаботился Олежек, ну а Женька досталась Кате, за неимением других представителей мужского пола. Эти дохлые инквизиторы не в счет. Я прям так им это и сказала. А пусть знают! Зарекутся в следующий раз меня к моему же скутеру не пускать. Гады! Я может, прокатиться хотела.
- Гады! Гады вы все! Не Олежек, ты не гад. Ты хороший. И почему ты такой хороший?
- Сколько она выпила? - поинтересовался он у кого-то.
- Сколько налили, столько и выпила, - доложила Катя. - Ей полезно. С бывшим проблемы.
- Ага, понятно. Тебя куда, болезная?
- Домой, ик... ик... Эй, у нас водичка осталась, нет?
Дальше я не помню. Отрубилась, что ли?
Очнулась в машине, совершенно трезвая.
- Не поняла?
Я огляделась. Это явно не Олега машина и даже не Ульянова.
- Какого черта? Где это я?
Двери были заблокированы, в салоне свет, на улице темень, хоть глаз выколи, и телефона нет. Приплыли! В голову разные мысли полезли. Меня похитили? Нет, тогда я бы валялась сейчас в багажнике, а не на переднем сидении, заботливо пристегнутая и укрытая пледом. Значит, похищение отпадает. Тогда... тогда... Ой, мама! Кажется, я украла эту машину. А что? Со мной такое уже было. Угнала машинку и попала в реанимацию. По крайней мере, мне так говорили.
Несколько минут я предавалась панике, а потом все же решила порыться в бардачке. Пусто. Ни вещей, ни документов, ничего. На козырьке водителя тоже, а вот на заднем сидении под одеялом Женька обнаружилась, живая и спящая.
- Женек, вставай.
- А? Что? - подскочила сестрица, несколько секунд, как и я, соображала кто она, где она и с кем она, а когда разобралась...
- Где это мы?
- Хотела бы я знать, - вздохнула я.
- Нас похитили?
Женька подергала ручку двери, но, как и мне, она не поддалась.
- Не похоже.
- Тогда, что за черт?
- Ты меня спрашиваешь? А я говорила тебе не пить.
- Ага, это я виновата, - надулась сестра. - Сама то чего пила?
- Я стресс снимала. А ты вообще еще подросток.
- А сама-то... нашлась взрослая, - буркнула сестрица в ответ.
Следующее несколько минут мы обиженно сопели, но обиды обидами, а выбираться нужно.
- Ты бардачок проверяла?
- Да. Там пусто.
- Совсем?
- Совсем.
Теперь мы приуныли.
- Может, стекло разобьем?
- Как бы нас за это самих потом не разбили.
Мы снова стихли, пока Женька не вспомнила о скутере.
- Постой, а где Малыш?
- Ты меня спрашиваешь? - огрызнулась я и пожалела об этом, когда сзади раздалось подозрительное сопение.
- Не реви.
- Я не реву. Мне просто... мне Малыша жалко.
- Успокойся, мы его найдем. И открутим голову тому, кто нас сюда затащил. Ты вообще, что последнее помнишь?
- Помню, как Катя меня к машине вела. Еще типы эти из кустов вышли. Сказали, ждать.
- А я что в это время делала?
- Спала, кажется. Олег тебя на руках нес.
Пипец! Я пару минут пялилась в лобовое стекло, а потом отстегнулась и нажала на сигнал клаксона. Идея так себе, но хоть кто-то то должен нас услышать.
Услышали, открыли дверь водителя и отодрали мою руку от руля.
- Ты совсем спятила? - послышалось знакомое шипение из темноты. Блин, лучше бы я его вообще не слышала, нет, лучше бы я вообще сегодня из дома не выходила. Это ж надо так попасть.
- И что все это значит? - требовательно спросила я, когда наш "похититель" уселся на заднее сидение.
- То, что у вас обеих крупные неприятности, - ответил Диреев и так на меня посмотрел, что я заткнулась. Надолго. До самого дома молчала.
- Ты понимаешь, что если бы не я, вы обе объясняли бы свои полеты в инквизиции, а не ехали бы мирно домой.
- И что? Я тебя благодарить должна?
- Не мешало бы, для начала. Ты знаешь, сколько сегодня законов нарушила?
- Я не хотела.
- Ты никогда не хочешь, но расхлебывать приходится мне.
- Я не просила тебя помогать.
