Именно тогда я впервые увидела Диреева. Он показался мне самим совершенством. Во всем черном, кожаной куртке, небрежно накинутой на плечи, со странным презрительным выражением на лице.
— Живая, — проговорил он, нависая надо мной.
А я даже ответить не могла, только скривилась и извергла на его идеально чистые ботинки содержимое своего желудка.
Это было воспоминание. Я абсолютно уверена, что это память начала возвращаться. Почему сейчас? Не знаю. А вот что я совершенно точно знаю, что тогда влюбилась. Впервые в жизни влюбилась в… в Бога. В моего бога. И этот Бог смотрел на меня… как на ничтожество. В реальности я никогда не видела у него такого взгляда, даже когда мы ругались, или в период издевательских тренировок, даже сейчас. При нашей первой встрече, я была ему безразлична и даже неприятна, а для меня… для меня… он стал первой любовью. Хм, а я думала, что моя первая любовь — Егор.
Из сна — воспоминания меня вырвал оглушительный вой сирены, я аж подскочила на кровати, и чуть с нее не навернулась. Ни фиги себе побудка.
— Что за хрень? — выдохнула я, потирая ушибленный локоть. Поднялась, поправила одеяло и решила в окно глянуть, может, у них на общий сбор, как в тюрьмах, так созывают. Но когда подошла к окну, глаза на лоб полезли. То, что я в потемках обозвала тренировочной площадкой, на деле оказалось огромным тренировочным комплексом, с лестницами дорожками препятствий, отвесными стенами, заборами больших размеров, площадками для боя. И на этих площадках сейчас тренировался не один, двенадцать мужчин, таких же полуобнаженных, накачанных и стремительных.
— Размножился за ночь, — присвистнула я и почувствовала, как щеки заливает багряным румянцем. Потому что смотреть на это можно как на огонь — бесконечно. А главное, никто не видит, и своими ехидными шуточками не изводит. Нет, реально, я бы стояла и стояла, но мой голодный ворчащий желудок возвестил о том, что хозяйка совсем обнаглела и после вчерашних возлияний, ни крошки не дала ему переварить. Так что он начал бурчать, жаловаться и болеть. Пришлось со вздохом топать в ванную.
Столовую оказалось найти не так просто. Нет, я знала, что она на первом этаже, но у них просто сумасшедшая какая-то система. В большом коридоре есть с десяток коридоров поменьше, свернешь не туда и все, ты черт знает где. Это напомнило мне нескончаемые переходы инквизиции, только здесь все еще более непредсказуемое. Ну, где это видано, чтобы коридор заканчивался тупиком. При чем по пути не обнаружилось ни одной двери. А другой коридор пересекался еще с двумя и так до бесконечности. Сумасшедший дом какой-то.
— Ну, кто так строит? — стонала я, оказавшись в очередном тупике. — Кто так строит?
Я уже успела проклясть и столовую, и эти коридоры, и свой неугомонный желудок и чертов институт заодно. Мне бы ни то, что столовую, хоть какой-то выход из этого лабиринта найти, хоть что-то знакомое. Помощь пришла, откуда не ждали, но лучше бы и вовсе не приходила, ей богу.
— Заблудились? — послышался мягкий бархатистый голос, когда я столкнулась с очередным тупиком, который правда, заканчивался не стеной, дверью. Закрытой. Я подергала ручку, постучала носком кроссовки, и решила, раз уж никто не видит, глянуть в замочную скважину, кто ж знал, что меня застанут. Так что, услышав голос, я подскочила, обернулась и теперь уже сгорала от смущения. Нет, только я могла попасть в такую глупую ситуацию.
Передо мной стоял ночной мужчина из окна. Правда, сейчас он был одет приличнее — в темные штаны и свитер.
— Напугал? Извините.
Нет, ну не дура? Стою и пялюсь на незнакомца, словно мужчин никогда в жизни не видела. Но в том-то и дело, что таких никогда. Он буквально притягивал к себе всей этой мощью, как инкубы. И как только я это поняла, начала соображать.
— Простите, я Эля. Эльвира Панина.
Я протянула руку, но вовремя спохватилась и одернула ее. А этот красавец с мистическим взглядом понимающе улыбнулся, чуть наклонился и дал неожиданный совет.
— Старайтесь пореже смотреть здешним обитателям в глаза.
— Почему?
— Потому что у вас очень громкие мысли. Даже с тренировочной площадки слышно.
Я отшатнулась и покраснела.
— Так что? Вас проводить? Куда вы шли? — как ни в чем не бывало продолжил мужчина, парнем его назвать язык не поворачивался. Прямо как Диреев. Выглядит молодо, но сразу понятно, что за плечами огромный опыт и сила, доступная не каждому.
— Э… в столовую.
— Тогда пойдемте. Нам туда.
И мы пошли назад, петляя по бесконечным коридорам, совершенно одинаковым на вид.
— Как вы здесь ориентируетесь?
— Ну, я не первый год здесь живу. Вы тоже привыкнете, со временем.
— Сомневаюсь, — хмыкнула я.
— Занятный браслетик у вас, — заметил мой провожатый, я тоже посмотрела на руку, где красовался сдерживающий браслет. С бабушкиными мазями и настойкой он почти перестал меня беспокоить, или я просто свыклась с ним.
— Подарок?
— Что-то вроде того, — решила не вдаваться в подробности.
— Хм.
— Что? У меня бывают… э… эпизоды с летающими машинами, рогами и перемещениями всех желающих и не очень в… тундру или пустыню или еще куда.
