— Ты что, хочешь пустить в мамину квартиру чужих людей?! Никогда! Слышишь! Никогда не говори мне об этом!
— И что нам делать? — сцепила Наденька судорожно пальцы. — Мы Марии за два месяца задолжали, полгода аренда за дом не плачена.
Лицо Альберта окаменело, белизна кожи сделала его подобием римской статуи, и лишь горящие глаза были живыми. Повернув голову, он гневно отчеканил:
— Надо пережить трудный момент, есть нечто более важное в жизни, чем деньги. Поговори с Марфой, может, она каких-нибудь арендаторов подгонит.
Наденька возмущенно всплеснула руками.
— Опять Марфа! Дня не было, чтобы ты не вспомнил о ней. Может, ты сам ей позвонишь?! — Ее щеки запылали. — Такое впечатление, что она твоя подруга, а не моя!
Альберт раздраженно дернулся.
— Если бы у меня было к ней особенное чувство, я позвонил бы ей сам, а не просил бы тебя. Ты сама жалуешься на безденежье, а Марфа всегда помогает нам, вот я о ней и вспомнил.
Наде мучительно хотелось вспылить и наговорить Альберту гадостей, но она сдержалась.
— Ладно, позвоню. Но все-таки пора не зависеть ни от кого, в том числе и от Марфы. Нужно быстрее открыть музей.
— Кстати, я и спиритические сеансы включил в программу, — сказал Альберт. — На сеансах мы хорошо зарабатывали, это необходимо повторить. Можно Марфу пригласить поработать над проектом, у нее фантазия бешеная. — Но, увидев разъяренный взгляд жены, осекся и перевел разговор на другую тему: — Дыру в подвале я заложу и замажу, а ты побелишь, чтобы все было как прежде.
Всю ночь завывала метель, а с утра небо очистилось, наступила тишина, и выглянуло яркое веселое солнце. Ослепительно белый снег уютно лежал пушистым одеялом. Небесная безмятежная синева радовала своей чистотой и глубиной. Ни единого облачка.
Александра выскочила на улицу с Альмой. При виде сказочной красоты она «впала в детство» и слепила во дворе подобие снежной бабы.
Из дома вышли покурить Павлина с Костиком, увидели снеговика и, прихватив на кухне морковь и пару слив, устремились помогать Александре.
Сделав снежной бабе лицо и перекинувшись снежками, они куда-то уехали. Александра вернулась в дом, готовиться к приему клиентов.
Внезапно ожил домофон, Александра удивилась, что Светозарова пришла на сеанс так рано.
В коридоре послышались голоса, и Александра с изумлением узнала голос Марфы.
— Хозяйка, наверное, у себя, — сообщила ей Зинаида.
Резво простучали каблучки, дверь приоткрылась, и на пороге появилась Марфа в дорогой собольей шубке.
— Здравствуйте, Марфа. Что-то случилось?
Марфа плюхнулась в кресло и расстегнула шубку.
— Слава богу, ничего. Проезжала мимо, дай, думаю, заеду.
— Я всегда рада видеть вас, Марфа, — тепло улыбнулась Александра.
Марфа замялась.
— Я хочу вас попросить, если следователь придет к вам и спросит обо мне, не говорите ему, что я отсутствовала вечерами.
Александра не сразу нашлась, что сказать.
— А что такое?
Умоляюще сложив руки, Марфа залепетала:
— Для меня это очень важно! Дело в том, что следователь цепляется ко мне, и я не хочу давать ему лишний повод для подозрений.
— Подозрений? В чем? — изумилась Александра. — И если об этом зашла речь, то скажите, где вы пропадали?
— Да боже мой! Разве важно, где я пропадала? Важно то, что я непричастна к убийству Петра!
— Ну, знаете ли, вам не важно, а мне важно, я должна быть уверена в вас, — проговорила Александра.
Марфа вздохнула:
— Я встречалась с любовником.
— С любовником?! И кто он?
— Вам его имя ничего не скажет. Он очень богатый человек. Я просила его оплатить мне адвоката для развода. Вы же знаете, какая у меня была сложная ситуация. А следователь считает, что мне была выгодна смерть мужа и я могла его заказать.
— Вот как, — задумчиво протянула Александра. — Хорошо, если следователь спросит, я не буду говорить ему о ваших отлучках, но об этом могут сказать другие.
Лицо гости вытянулось.
— Да, — пробормотала она. — Они могут. Александра, а вы не могли бы с ними договориться? — умоляюще сложила руки Марфа.
Но Александра не успела ничего ответить, опять заработал домофон и залаяла собака.
— Кто это? — встревожилась Марфа.
— Наверное, клиентка пришла. У меня сейчас прием.
Марфа занервничала и попятилась к двери.
— Так вы сделаете, как я прошу?
— Хорошо, я попробую, — кивнула Александра. — Созвонимся.
У двери Марфа столкнулась с входящей Аленой Светозаровой.
— Ой, Марфа! — опешила фотомодель. — Какими судьбами?
— По поводу сеанса договаривалась, — отмахнулась Марфа. — Александра же лучший психолог Москвы, а мне сейчас необходима помощь психолога.
Работа по созданию живого музея подходила к концу. Альберт был счастлив: мечта всей его жизни — создание музея рода Барятьевых — воплощалась.
Костюмы и посуду из ящиков подвала Альберт с Наденькой достали и перенесли в дом.
В одном из сундуков нашли скатерть и после чистки накрыли ею стол для спиритических сеансов в гостиной.
