Моя идея пригласить певца особого восторга у Айдан не вызвала, но она решила попробовать. Мы переставили и раздвинули столики, освобождая место у стены для выступления. Никоель растрезвонил по округе, что к нам придёт певец, и ещё днём стали подтягиваться люди. Я даже начала беспокоиться о том, что делать, если старик не явится, но часа в четыре дня они пришли. Насмешки по поводу неказистого и тщедушного вида певца тут же смолкли, стоило ему запеть.
Я пообещала им обед и ужин, но эти деньги они полностью отработали. Уже к вечеру в таверне не было свободных столиков. Я спустилась в общий зал поужинать и села за стол к нашим людям, которые уже поели, но задержались, слушая баллады. При моём появлении они засобирались на улицу, сменить товарищей на дежурстве у сарая с товаром. Людей много, бережёного бог бережёт.
— Пойду, проверю, всё ли спокойно, — поднялся с ними Сирил.
Я согласно кивнула. В зале царила благожелательная атмосфера, пришли по большому счёту соседи. Чужаки были, но немного и вели себя тихо. Тут ещё Беталия, заприметив меня, поспешила принести ужин. Ей сегодня и дети в зале помогали, снуя между столиками.
В перерывах между песнями мальчик жонглировал тарелками, и люди делали ставки, сколько штук он сможет не уронить. Один подвыпивший мужчина высыпал перед ним горсть монет, и сказал, что это его, если он поднимет в воздух десять тарелок и кружку, которую он перед всеми опустошил.
Паренёк белозубо улыбнулся, а потом в воздух полетела первая тарелка, вторая, третья… Считали всем залом, а руки так и мелькали. Последней он подбросил кружку, а потом ловко поймал тарелки, уложив их стопочкой, и залихвацким жестом водрузил на них пойманную кружку. Все зааплодировали, а паренёк сгрёб монеты себе.
Я увидела лицо Никоеля, который застыл, раскрыв рот, и едва удержалась от улыбки. Судя по восхищённому выражению глаз, Айдан в скором времени ждут горы разбитой посуды. Без слов было ясно, что он решил в лепёшку разбиться, но научиться так же.
После аплодисментов, посыпались предложения подкинуть кувшин, или блюдо с птицей и старик запел, охлаждая разгорячённых зрителей. Баллада была о царе и трёх его сыновьях. Отец их очень любил и не мог выбрать самого достойного, кому отдать трон. Такое положение дел не устраивало братьев, каждый считал себя достойным трона. Тогда они разъехались посмотреть мир и научиться чему-то полезному для государства.
Шли годы, отец скучал, но правил мудро, и когда стал совсем стариком, вернулись сыновья. Начал расспрашивать отец, чему они научились. Один стал купцом и привёз караван денег, хвастаясь, что может продать даже воздух. Если отец отдаст ему трон, то он наполнит казну, и сделает государство самым богатым. Второй сын стал искусным воином и привёл с собой войско обученных солдат. Хвастаясь, что они непобедимы и если отец отдаст ему трон, он расширит королевство, завоевав соседей, потом их соседей, и весь континент. Третий же не привёз с собой ничего.
«Чему ты научился за все эти годы? — спросил его отец».
Я слышала, как кто-то сел за мой столик, но увлечённая балладой, не повернула головы, думая, что вернулся Сирил.
«Я прочитал много книг и древних свитков, изучал историю государств и понял, что богатства легко потерять, на самого сильного воина найдётся сильнее и эти пути не привлекли меня. Я познал голод и холод и научился смиренно принимать то, что преподносит мне судьба».
Задумался отец и объявил, что сегодня пир на весь мир, ночью он подумает, а утром объявит, кто займёт трон. Гуляли и пировали до утра во всех городах и даже самых дальних уголках королевства, а утром царь собрал всех и объявил своё решение:
"Вы все достойны мои сыновья, и я горжусь вами. Но мой трон займёт третий сын, который обрёл за годы самое главное — мудрость».
Последние слова баллады вызвали шумное обсуждение, а я только фыркнула.
— Вы не согласны с решением царя? — раздался голос рядом, и я подпрыгнула от неожиданности. Подняв глаза, увидела за моим столом Зейда. — К вам можно присоединиться? Сегодня здесь полно людей, нет свободных мест.
— Обычно это спрашивают до, а не после того, как присоединились, — проворчала я, собираясь с мыслями. Но больше всего меня волновал вопрос: зачем он здесь?
— Вы были настолько увлечены, что я не стал вас отвлекать. А кому бы вы отдали трон? — с лукавой улыбкой спросил у меня воин акифа. Обратила внимание как аккуратно и фигурно подстрижена его борода. Ещё гуляя по городу обратила внимание, что среди мужчин в Игенборге бороды в моде. Не люблю, когда у мужчин растительность на лице, но стоило признать, что ему она шла.
Вопрос меня сбил, и я оставила возмущения на потом. Сама ещё не поняла, рада я или нет видеть его, и решила пока обсудить поднятую тему.
