- Нет уж. Арестуй меня, чёрт возьми, тебе понравится, обещаю. Ну?
Он дождался, пока на нём защелкнули наручники, встал к Чонину лицом и сделал один шаг, чтобы прижаться всем телом и тронуть губами смуглую кожу на подбородке.
- Я должен кое в чём вам признаться, детектив Ким.
- Всё, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде, господин Лу.
- Прекрасно. Так вот… Я не хочу тебя отпускать. - Хань вновь коснулся губами подбородка Чонина и тихо добавил: - Никогда. Пусть суд это учтёт при вынесении приговора.
- Тебе трудно придётся. Ты - в Китае, я - в Корее…
- Неа, меня перевели в местное подразделение. То есть, должны перевести на днях. Так что насчёт переночевать? Я отработаю. - Хань поймал лёгкий выдох губами и поцеловал Чонина, демонстрируя полную готовность к “отработке”.
- Твой чемодан… - чуть позже пробормотал Чонин.
- Чёрт с ним. Так что с приговором? Я жду.
- Ты ненормальный.
- А сам-то? Оба психи, чего уж там. У тебя стены тонкие.
- Могу выдать кляп.
- Нет, спасибо. Где у тебя кровать?
- У меня нет кровати.
- Господи, как ты живёшь? Утром купим тебе кровать, а пока… - Хань толкнул дверь плечом, чтобы закрыть её.
На лестнице остался позабытый чемодан, в кармашке которого жалобно жужжал телефон - его разрывало от звонков куратора, Криса Ву, редактора и целой кучи людей, ощутивших вдруг потребность поговорить с пропавшим из Китая перспективным журналистом.
- Надеюсь, твой кореец привязал тебя к кровати и жестоко наказывает всякими страшными способами, скотина, и ты сейчас громко орёшь и молишь о пощаде, - надиктовывал голосовое сообщение Крис, потерявший надежду дозвониться до Ханя. - Так вот, тебя перевели, бумаги прибудут, когда ты скажешь, на какой, чёрт бы тебя побрал, адрес их высылать. Адрес мне скажи, озабоченный извращенец с особыми запросами! Адрес!
