- Я не хочу этого знать, - покорно согласился Хань. - Две штуки.
- Что?!
- Две штуки в сутки. Ты же не собираешься жить у меня бесплатно?
- Кормёжка входит в стоимость?
Хань задумался, потом кивнул, позабыв о столе. Закономерно долбанулся лбом ещё разок.
- Входит. Одеяло и подушку я тебе тоже выдам.
- Отлично. Слушай, только у меня нет двух штук. Пока что.
- О да, ты бедный и несчастный полицейский с дырявыми карманами, конечно, - ядовито отметил Хань, прикидывая в уме варианты.
- Не совсем. Но прямо сейчас двух штук нет. Что делать будем?
- М-м-м… Отработаешь.
- Боюсь спросить…
- И не надо. Ты и так знаешь.
- Опять выносить благодарность авансом? - хмыкнул Чонин. - А ты выдержишь?
- Лучше о себе беспокойся, - немедленно огрызнулся Хань. - Ладно, заезжай за мной в девять. Я придумаю что-нибудь с ужином. Потом выдам тебе подушку и одеяло и составлю график отработок.
- Жди в девять.
Хань осмотрел телефон, послушал короткие гудки, вздохнул и снова долбанулся лбом о столешницу - намеренно, чтоб мозги поставить на место.
Что это было вообще? Теперь торчать на работе до девяти? С другой стороны… Хань облизнул губы и прикрыл глаза. Всё прошло слишком хорошо, можно и повторить. Тем более, ему хотелось ещё. Чёрт возьми, ему никогда так сильно не хотелось, как сейчас и с Чонином. Чонин идеально соответствовал сумасшедшим запросам Ханя. Как никто.
- Он просто поживёт у меня. А я просто использую это к собственной выгоде. Просто секс, да? - Хань воспрял духом и вернулся к снимкам.
Через полчаса принялся заливать чашками кофе бушующий внутри жар предвкушения. Всюду мерещился запах мандарина с терпкими нотками чего-то хищного, а стрелки на часах будто замёрзли.
Наглотавшись кофе так, что тот едва из ушей не брызгал, Хань бегал по офису туда-сюда и не знал, чем себя занять.
Никаких свиданий не было, никаких ухаживаний и прочей слезливой лабуды. Любовь, морковь и даже помидоры благополучно проплыли мимо. Волноваться не о чем. И никто не заводил речь об отношениях. Никто и обещаний не давал. Никаких. Но это совершенно не мешало Ханю пялиться на часы и чего-то ждать.
Кстати, почему? Чонин ведь мог подцепить кого угодно, а не журналиста, ищущего приключений себе на задницу в темноте в буквальном смысле этого слова. В конце концов, начало их знакомства вряд ли делало честь Ханю, зато заставляло усомниться в его разборчивости.
Тем не менее, в девять ровно Хань, как штык, стоял у крыльца и пытался отделаться от коллеги, который по совместительству являлся одним из его бывших. Отделаться не выходило, несмотря на грубость. Не выходило, пока коллегу не смело в сторону штормом по имени “Чонин”. Причём Чонин даже не посмотрел, кого он там отпихнул.
- Что придумал?
- Итальянскую кухню. Без устриц. Пойдёт?
- Эй! - возмутился сметённый коллега и двинулся к Чонину с решительным видом. - Что вы себе позволяете? Да я…
Коллега заткнулся, “поцеловавшись” носом с полицейским значком.
- Полиция. Вызывали? Проблемы? - Под холодным взглядом Чонина птицам полагалось замерзать на лету. По крайней мере, коллега Ханя замёрз отлично, заодно лишившись и дара речи, чем Хань и воспользовался, направившись к байку. Подождал Чонина, устроился за его спиной и между прочим поинтересовался:
- Тебя не смущают обстоятельства нашего знакомства?
- А должны? - пожал плечами Чонин, надев затемнённые пластиковые очки.
- Ну… как бы, да.
- Почему? Я спросил, ты разрешил. Всё нормально.
- А если бы не разрешил?
- Это уже неважно.
- Неважно?
- Угу. Ты же сам решил. Или ты собрался пригласить меня на свидание?
- Вот ещё! - фыркнул Хань.
- Ну вот и отлично. Что тебя ещё смущает?
- Ничего, - буркнул Хань Чонину в затылок и унюхал знакомый аромат. - Чем это пахнет? Мандарин и…
- Табак. Ты всех так тщательно обнюхиваешь?
- Представь себе.
- Не хочу. Моя тонкая натура не вынесет подобного изврата.
- Тонкая, ага, как же. Ты долго жить у меня собираешься?
- Пока не выгонишь, а что?
Хань едва не свалился с байка. Ну в самом деле - а что? Вот это наглость! Хотя, если подумать, очень удобно. Какая, к чёрту, любовь, если при надобности всегда можно выставить этого наглеца за дверь? Правильно, никакая.
Хань прижался к спине Чонина, опять понюхал его шею и тихо назвал адрес итальянского ресторана, где они собирались просто поесть после работы. А потом собирались просто уложить Чонина спать дома у Ханя. После того, как Чонин оплатит ночлег за сутки вперёд. И можно не выдавать ему одеяло и подушку - в кровати Ханя этого добра навалом.
Никакой любви - только деловые отношения. Жизнь прекрасна, если её не усложнять. Ну а то, что Хань улыбался как дурак за спиной Чонина - это так, побочный эффект от прекрасности.
