— Сеня, мы правда летим в Париж? — Айрин смотрела на меня также, как когда-то в детстве, когда она впервые увидела Деда Мороза, а точнее, дядю Мойшу (он тогда под колпак надел ермолку, чтобы не вспыхнуть праведным огнём, как он выразился при рассказе спустя много лет) в костюме Деда Мороза и не могла поверить, что это всё — не выдумки взрослых.
— Да. Наверное, нам придётся там питаться кофеином и круассанами, но зато мы увидим Елисейские поля и покатаемся в Дисней Лэнде!
— Ты самая лучшая в мире подруга! Я так тебя люблю!
— Эй, ну не плачь, у тебя же такой красивый макияж!
— Я хочу на тебе жениться, — только Айрин со смехом произнесла эти слова, как мы услышали почти деликатное покашливание.
Недалеко стоял Костик с громадным букетом цветов и маленькой коробочкой. Париж, романтика — на этом фоне мы синхронно с Айрин подумали об одном и том же, но там оказался золотой кулон в виде солнышка.
К Костику потянулась наша команда поддержки, одобрительно глядя на Айрин. Ну вот, кажется, сосватали мы нашу девочку.
— С косичками тебе лучше, — позади послышался детский голос.
— Дашка? Ты здесь откуда?
— Папа сказал, что здесь вкусно кормят, — девочка со знанием дела осмотрела столы с разнообразной едой, которые мы вынесли в наш дворик, — ну так как? Тебе заплести косички?
— Мы не могли пропустить такой праздник, — Илья по-братски приобнял меня за плечи, — честно говоря, хотелось отвлечься.
— Вы так близко знакомы с Айрин?
— Было дело. Через Костика, естественно. Так, веди знакомиться с остальными.
До ресторана мы так и не доехали. Честно говоря, давно я так не смеялась и не отдыхала. Дядя Федя устраивал конкурсы, Пирожок счастливо объедался всем тем, что мы ему подсовывали под столом. Даша нашла любовь в лице Пирожка, а Айрин, кажется, в Костике.
На деревьях ещё днём развесили гирлянды, из открытого окна на подоконнике радовал музыкой старый кассетный магнитофон. Мы пели и танцевали. В честь дня рождения, ну и чтобы загладить вину за похищение собаки, даже пошли на примирение с вражеским домом. Они тоже пришли не с пустыми руками, а с грузинской виноградной чачей.
Время уже перевалило за полночь, завтрашнюю смену никто не отменял, но сегодняшнее поражение, кажется, накрыло всех.
— Вы залили в автомат вино? — Илья с весёлым удивлением наливал то самое вино в кувшин.
— Там уже и чача, ты поаккуратней, парень, иной раз проснёшься в портянках в будуаре, а жене как потом объяснять?
— Где ты проснулся?! — Тётя Роза отвесила мужу оплеуху под общий взрыв хохота.
Костик увёл Айрин на прогулку, чтобы побыть наедине. Никто не сомневался в приличии обоих сторон, поэтому отпустили ребят с миром.
— А они что здесь делают?
Я проследила за взглядом Ильи и поперхнулась знаменитым «чачавином». На нашей скромной подъездной дорожке между двух стареньких двухэтажек, окружённых небольшим леском, хищно помигивая фарами стоял кортеж Архарова.
Даже музыка остановилась, но никто не дёрнулся сменить кассету. Кортеж босса смотрелся у нас во дворе приблизительно так же, как смотрелось бы НЛО на детской площадке — дико и чужеродно.
Я спокойно наблюдала, как Архаров в окружении двух гардов плавно вышел из мерса (который я выбрала), напугав всех моих соседей, которые сейчас с подозрительностью наблюдали за движением Архарова в нашу сторону. Впрочем, есть никто не перестал, включая меня.
Марк Васильевич скользнул по мне взглядом и остановился перед нами:
— Прошу прощения, что прервал ваш праздник, я здесь ненадолго, — он повернулся к Илье, — нам надо поговорить.
Наша тётя Люба, конечно, любого накормит, но даже она не рискнула пригласить Архарова за стол, уж слишком напряжённым он выглядел. Даже я не помню его таким.
Возможно, некрасиво было с моей стороны не познакомить босса со всем честным народом, но меня что-то отторгало от мысли, что он настолько глубоко проникнет в мою жизнь. Айрин же посоветовала выстроить стены, вот я и решила последовать мудрым словам. Так что стойко продолжила жевать шоколадный тортик, игнорируя намекающие взгляды моих соседей, которые будто говорили: «Мы тебя не так воспитали» до тех пор, пока дядя Мойша в тишине не подошёл ко мне и не пнул легонько по коленке.
— Друзья, это Марк Васильевич Архаров, — кивнула на босса, — Марк Васильевич Архаров, — повернулась к нему, — это друзья.
— А вы, полагаю, тот самый дядя Мойша, которому я обещал отремонтировать Оку, — Марк безошибочно протянул руку дяде Мойше, стоящему возле меня, — рад познакомиться.
— Сень, что за дела? Я думала, что я твой любимый дядя.
— Дядь Федь, у меня нет любимчиков.
Между Дядей Федей и дядей Мойшей начался спор, кто из них лучше для девочек, и под этот шумок Илья утащил меня вглубь беседки, куда уже направился Архаров.
Марк осматривался в ней, но будто не видел ничего вокруг, слишком уж погрузился в свои мысли. А беседка-то наша красивая: повсюду фонарики, светлые шторы, на стенках из обтёсанного бруса висели наши фотографии, которые дядя Федя регулярно делает на свой Кодак, а мы с Айрин их распечатываем в тех редких салонах, которые ещё остались.
