Эдвард вспомнил улыбающуюся Мику с ее огромными хвостами ультрамариновых волос, мило болтавшую по любому поводу и без повода. Задорную Ульянку, словно проглотившую реактивный двигатель и не способную остановиться. Скромницу Лену, пугающуюся любого лишнего вопроса, но что-то прячущую в глубине свой души. Добрую и отзывчивую Славю, готовую всегда прийти на помощь, но порой так остро нуждающаяся, чтобы ее саму кто-то поддержал. И, конечно же, Алису, порой похожую на ежика со своими неожиданными выпадами и резким поведением, но такую добрую и наивную, стоит только копнуть чуть глубже. Он не решился причинить им боль в свой первый день здесь, увидев в них то, что сам давно потерял, и, конечно же, не решится и теперь. И никому не позволит… Насколько же надо сойти с ума, чтобы поднять руку на эти проявления самых добрых и нежных чувств, из каких только формируется человеческая душа? Может быть, этот вопрос стоит тоже задать Пионеру?
Он вышел к зданию клубов, на котором сейчас висел все тот же ржавый замок, видимо, повешенный на ночь Шуриком, но, в здание всегда существует и множество других входов, за исключением тех, что видят простые обыватели. Свернув с тропинки, Эдвард неуверенно посмотрел на растущее недалеко от здания дерево с толстым стволом и множеством веток, растущих в разные стороны. Никогда прежде в своей жизни не лазил по подобным растениям, но, кажется, здесь и нет ничего особенно сложного, главное, правильно распределять вес и крепко держаться за ветви.
Это действительно не так сложно даже для начинающего древолаза, каким Эдвард и являлся. Подтянувшись, забрался на первую ветку, оттуда до второй рукой подать, дальше на третью. Ветки порой начинали гнуться под ногами, но вполне выдерживали его вес, пока влезал наверх, подбираясь к крыше здания клубов. Одна широкая ветка висела всего лишь в паре метрах над крышей, потребовался лишь короткий прыжок, и уже застучал сандалиями по старой и ржавой жести, нащупывая точки опоры на покатой поверхности. Расставив руки в стороны для сохранения баланса, быстро дошел до маленького треугольника чердачного окошка, выбив его парой ударов и следом скользнув внутрь.
На чердаке пыльно, грязно и все завешено паутиной. Паутину Эдвард не любил, как и тех, кто ее плетет, слишком много неприятных воспоминаний сохранилось об этих тварях, превращающих жертвы в гниющие коконы, а потом присасывающиеся к ним и вытягивающие гниль своими жвалами. Сгорбившись в три погибели в этом помещении, явно не предназначенном для человека, он с трудом нашел ведущую вниз дверцу и буквально провалился в здание клубов. Ни лестницы, ни чего-либо подобного, там просто не было, только проход в потолке размерами примерно метр на метр. Оказавшись в итоге в шаге от стола, где Шурик оставил несколько недоделанных плат для своего изобретения.
Единственным местом в лагере, где мог найти все ему сейчас необходимое, как раз и был клуб техников, со всем сопутствующим оборудованием, весьма немногочисленным, к сожалению, и имевшимися здесь расходными материалами. Найдя подходящий пакет, вышвырнув оттуда аккуратно сложенные вышивные платки, оставшиеся с прошлой смены, Эдвард разложил его на столе и начал складывать туда все, что могло пригодиться. Несколько связок медных проводов, больше половины всех имевшихся здесь запасов, металлические инструменты вроде клещей и отверток, какие тоже должны были понадобиться. Среди них самым важным оказался нож с широким лезвием, хотя не совсем понятно, для чего был здесь нужен, но, судя по внешнему виду, самоделка, хотя заточка Эдварда впечатлила, выполнена вполне уверенно, практически без брака. Вполне подходящей оказалась и старая сковорода со следами химических подпалин, скорее всего, использовавшаяся для каких-то экспериментов, но вполне подойдет и для кустарной плавки металла. Небольшая банка с магнием, медный купорос, марганцовка, в общем, все то, что могло пригодиться юным химикам для своих научных опытов, сейчас гораздо нужнее уже ему самому. И только собрав все необходимое и убедившись, что ничего не пропустил, Эдвард вышел из клуба тем же путем, каким и забрался внутрь. Снаружи было все еще темно, но уже чувствовалось приближение восхода, всего через пару или тройку часов местные обитатели начнут просыпаться, а значит, необходимо как можно дальше оказаться от лагеря к этому моменту.
