- Просто пообещай, что не обманешь меня, ладно? – почти попросила шепотом Алиса, – Останешься со мной. Не надо больше ничего другого, только останься… – от этих слов у Эдварда слезы навернулись на глазах. Он не мог этого обещать, и отлично это знал. Чем бы ни был этот лагерь, но у него есть свой финал, в котором попаданец должен его покинуть, вернувшись в реальный мир. Именно за этим столь тщетно охотится Пионер, окончательно сбившись с правильного пути в поисках ответа. Когда смена кончится, всем придется покинуть этот лагерь, девушки, скорее всего, разъедутся по своим домам, как и остальные пионеры из смены, но что с ним станет, Эдвард боялся даже представить. Откроется ли ему путь в мир Алисы, где она вернется к своей прежней жизни, или же он вернется в свой родной мир, где ждет его незаконченная война. С необычайной ясностью вдруг почувствовал сложность этого выбора, какой только еще предстояло сделать, выбирая между любовью и долгом данных клятв. Конечно, ему меньше всего на свете хотелось покидать эту девушку, зажегшую маленький огонь в его душе, снова возродив ее, но не менее важным для него был и родной мир, где его ждет путь, ради которого никакие потери не могут считаться достаточно серьезным поводом, чтобы с него отступить. Разум требовал возвращения, но сердце упорно цеплялось за этот маленький счастливый мирок с солнцем и ясным голубым небом, где останется эта девушка. Однажды он уже сделал выбор в пользу долга, потеряв ту единственную, что давала ему надежду жить. И сейчас, когда, кажется, снова получил возможность быть счастливым, ему снова придется делать такой же выбор… неужели он вообще не имеет права на свое личное счастье? Неужели весь его путь это только путь боли, крови и потерь?
- Чего ты молчишь? – Алиса ткнула его пальцем под ребра, заставив дернуться, и задорно улыбнувшись, – Язык проглотил?
- Задумался, что будет после конца смены, – сейчас Эдвард даже был рад, что темно и не видно его лица, – Ведь нам всем придется разъехаться. Как я могу дать слово не оставить тебя…
- Мы же все равно не расстанемся навсегда, – уверенно сказала Алиса, – Из этого ты мира или нет, как говоришь, но ты же как-то здесь оказался? Значит, сможешь и снова. Так ведь? И я тебя тогда найду… Понятно?
- Нет, я тебя найду, – Эдвард погладил девушку по волосам, – Обещаю. Если даже придется расстаться после этой смены, я тебя найду. Что бы ни случилось, как бы мы далеко не оказались друг от друга, я тебя найду, – и улыбнулся, глядя на эту милую девушку. Он принял этот дар, его маленький кусочек счастья, отринув прежние доводы логики, открывшись и снова став уязвимым. С того самого первого дня, как оказался здесь, «Совенок» только и делал, что протягивал ему дар любви, от которого однажды отказался, обжегшись и боясь снова повторить эту боль, что причинил не только себе, но и потеряв свою любимую. Может быть, когда-нибудь пожалеет об этом выборе, когда-нибудь снова придется кровью платить за то, что позволил себе любить. Только сейчас, обнимая эту девушку, доверившуюся ему несмотря ни на что, поверив в самое невероятное только потому, что хочет быть рядом с ним, Эдвард подумал, что имеет право и на несколько дней счастья.
Алиса, удобно устроившись у него на груди и обняв за плечи, довольно быстро уснула, а к нему сон так и не шел. Стоило только закрыть глаза, как снова перед глазами вставал тающий в воздухе силуэт, не оставлявший после себя даже крика, и Эдвард снова открывал глаза, видя над собой все тот же дощатый потолок и, каждый раз бросал взгляд на эту девушку, убеждаясь, что все еще рядом с ним. И только постепенно, под успокаивающее дыхание Алисы и сопение, доносившееся с соседней кровати, Эдвард смог закрыть глаза и все-таки уснуть.
Сон даже не был похож на сон, он осознавал, что находится во сне, но это было не настолько уж и важно, потому что к нему снова пришел призрак его первой возлюбленной, прекрасной, как и в тот день, когда она погибла. Эдвард обнял ее, почувствовав, как она тоже счастлива снова его видеть. Не требовалось даже слов, чтобы что-то понимать, давно научился чувствовать все, что она хочет сказать. Слишком много времени прошло с того дня, как потерял ее, но Изабелла все так же любила его, даже несмотря на смерть, теперь их разделявшую. И ей было не менее мучительно видеть, во что он превращается, разрываемый болью утраты и жаждой мести. Она не могла поверить, что человек, которого полюбила, может превратиться во что-то подобное, столь холодное и бездушное, но сейчас его возлюбленная была впервые за долгое время рада за него. Рада, что он снова обрел покой в душе и был счастлив, что он наконец-то снова смог полюбить, а его измученное сердце забилось с новой силой.
