«Наивный и глупый смертный», усмехнулся голос, «признай, кто ты есть на самом деле, тогда, быть может, ты сможешь что-то противопоставить мне, но ты любишь, я чувствую это в тебе. А значит, ты слаб. Мне будет приятно наблюдать, как ты будешь страдать, когда я убью всех в этом лагере, а потом приду в твой. Я буду убивать твою Алису снова и снова, каждый раз рассказывая ей, что ты бросил ее, оставив мне на растерзание».
«Я с тобой не расквитался еще за смерть Алисы этого лагеря», прошипел Эдвард, остановившись на площади и оглянувшись на Юлю. Девушке явно было тяжело и страшно, но старалась держаться, и уверенно кивнув, показала рукой в сторону леса по направлению к старому корпусу. Он только улыбнулся, подумав, что где все началось, то там же и закончится, и голос в голове тоже довольно рассмеялся.
«Попытавшись их спасти, ты умрешь», спокойно заметил демон, явно скучавший по достойным соперникам, и увидел в Эдварде нечто больше, чем еще одна запуганная жертва, удостоив его своим вниманием, «куда делся прежний Эдвард Тристанский? Куда делся Гористарский Палач и Такийский герой? Ты отправлял миллионы на смерть, не задумываясь убивая невинных, не делая разницы между стариками и младенцами, женщинами и мужчинами, а сейчас готов пожертвовать своей жизнью ради двух незнакомых людей? Ты слаб! Ты ничтожен!»
«Ты будешь долго умирать», холодно ответил ему Эдвард, пропустив оскорбления мимо ушей, «спрошу с тебя за каждую смерть в этом лагере».
«Алису убил не я…» расхохотался демон, и следом покинул его сознание, оставив в сомнениях. Подобным тварям верить не стоило, их помыслы всегда полны обмана, но нередко, окончательно запутывая своих врагов, под маской лжи говорили правду, разыгрывая сложные комбинации, в которых запутывались даже самые искушенные в интригах и заговорах. Эдвард чуть задержался, так что Юля вместе с Электроником его нагнала, и в лес снова вошли, идя рядом.
- Ты ведь говорил с ним, да? – вдруг спросила Юля, – Я видела, как тьма клубилась вокруг тебя, а потом вдруг рассеялась. Даже здесь могу видеть такие вещи, – у нее снова встали уши торчком, – ты так похож на то, что здесь происходит, но при этом очень сильно отличаешься. Эта тьма тебя ненавидит гораздо сильнее всего остального, даже сильнее, чем меня и «Совенок». Что он тебе сказал?
- Что если я убью тебя, то смогу вернуться в свой мир, – честно признался Эдвард, – И тогда уже ничто не помешает ему захватить остальные лагеря, сожрав их как этот, – с ненавистью посмотрел назад, на опустошенный «Совенок». Заметив немой вопрос в глазах девушки, только усмехнулся, – Помнишь, что я пообещал, когда мы сняли Алису? Эта тварь будет очень долго мучиться…
- Так вы знаете, кто все это устроил? – спросил Электроник, не понимавшей большей части того, о чем шел разговор, но уловивший его основную мысль,
- Вы поможете нам? Спасете Мику с Семеном?
- Я надеюсь, мы успеем, – кивнул Эдвард в ответ. Демон, кажется, больше не собирался им мешать, решив просто наслаждаться продолжавшейся игрой, и уже знакомая дорога через лес встретила их могильной тишиной и спокойствием. Сам лес стоял как вымерший, черные стволы деревьев с сухими кронами сходились по краям тропинки молчаливой стеной, и в темноте за ними уже клубился знакомый туман, продолжавший держаться на расстоянии, выпускать их, видимо, демон и не собирался.
Темные развалины старого корпуса словно неизменно сохранялись одинаковыми во всех лагерях, встречая их компанию разбитыми оконными стеклами и осыпающимися стенами. Жестом велел остальным держаться позади, Эдвард первым пошел вперед, готовый открыть огонь при первой же опасности, но развалины все так же не подавали ни единой признака жизни и движения. Присутствие демона здесь ощущалось буквально кожей, даже Электроника чуть ли не трясло от страха, но подходя ближе, Эдвард начал замечать разницу между этими местом и тем же самым, но только в его собственном лагере. Дверь была распахнута настежь, как и люк, ведущий вниз, а на запыленном полу хорошо отпечатались три пары следов, почти таких же, как и от его собственных пионерских босоножек, указывающих на прошедших здесь прежде выживших, причем совсем недавно.
Спустившись в тоннели, Эдвард, убедившись, что здесь тоже никто не поджидает, помог спустить Электронику и, убедившись, что Юля тоже спускается, двинулся вперед, в этот раз с самого начала включив фонарик пулемета, чтобы и остальные могли все видеть. Тоннели здесь ничем не отличались, ни по внешнему виду, ни по направлениям, за исключением только того, что даже у Электроника с Эдвардом здесь начинала болеть голова, а Юля и вовсе шла с трудом, цепляясь за Электроника и готовая в любую секунду упасть. У девушки даже носом кровь пошла, но она сейчас была нужна Эдварду как указатель, чтобы не плутать в этих одинаковых повторяющихся шахтовых проходах, где можно потерять слишком много времени и не успеть спасти пионеров.
- Ты только продержись, хорошо? – попросил Юлю, когда спускались уже в сами шахты, где все так же горели те же мутные светильники, – Это скоро закончится.
