- Нет, что ты, – Эдвард не сдержался от еще одной шутки, – я даже секунды ждать не буду, сразу сорвусь с места и бегом брошусь по всем остальным пунктам этой ничего не значащей бумажки! – Алиса шутку оценила и улыбнулась, в таком виде Эдварду нравилась гораздо больше, чем в каком-либо другом. Действительно как-то сказал мудрый человек, что на самом деле для счастья надо лишь немного, все остальное лишь перегружает сознание, занимая его лишними заботами и волнениями, – Иди уже, я никуда не денусь!
Проводив Алису взглядом, Эдвард вернулся в музыкальный клуб, где обнаружил Мику, пытавшуюся научить Ульяну выудить из гармошки хотя бы один действительно музыкальный звук, а не то звуковое оружие, что она собиралась использовать против ушных перепонок несчастных пионеров. Только девочка в красной футболке была уверена, что для красивой музыки, нужно дуть как можно сильнее. К тому же японка говорила слишком много и слишком быстро, чтобы из ее объяснений что-то получилось внятное.
- Мику, – прервал их Эдвард, предварительно прокашлявшись, привлекая к себе внимание, и аккуратно прикрыл за собой дверь, – Алиса сказала, что ей нужно какой-то усилок на сцену оттащить. Я обещал помочь, так что где эта штука и куда конкретно ее нужно тащить? – Мику сразу же спрыгнула с рояля, только хвостиками махнула, а вот Ульяна, освободившись от контроля своей недавней учительницы, постаралась исполнить на губной гармошке какую-то мелодию, в таком исполнении больше похожей на звуки пробитого танкового мотора, который раз за разом снова пытались завести.
- Вот он! – японка попыталась сама хотя бы приподнять усилитель над полом, но результатом всех ее потуг стало только напряженное личико, и быстро сдалась, вместо этого указав на усилитель Эдварду, – Может быть, у тебя получится, уж больно он тяжелый, – она даже стукнула здоровый деревянный корпус ногой, все равно не сдвинув его с места ни на сантиметр. Высотой чуть больше полуметра и чуть уже по ширине, усилитель оказался довольно мощным динамиком, с несколькими расшатанными разъемами для подключения, с корпусом из прессованной древесной стружки, только уже старым, затертым и захватанным, даже тонкая решетка, прикрывавшая непосредственно бумажный динамик, в нескольких местах была даже чем-то пробита, но сам усилитель казался вполне рабочим. Для более удобной переноски наверху еще даже было две ручки, Эдвард за них и взялся, сразу приподняв этот нехитрый прибор над полом, весом едва ли больше двадцати или двадцати пяти килограмм.
- И куда его? – на сцене еще не был, так что весьма смутно представлял, где находится и как к ней пройти, а таскать усилитель по всему лагерю, интересуясь у каждого встречного, в какую сторону идти, было не самым перспективным занятием.
- Я покажу! – тут же вызвалась Мику, а вместе с ней и Ульянка, готовая, кажется, участвовать в любом мероприятии, где обещается хоть какое-то движение. Губную гармошку она реквизировала из музыкального клуба надолго, и Эдвард начинал чувствовать свою вину за то, что создал подобного монстра, приведя Ульяну в музыкальный клуб, где она и этот духовой инструмент нашли друг друга, ныне представляя страшную комбинацию, направленную против слуха пионеров.
Идти от музыкального клуба до сцены оказалось не так уж и долго, особенно если не пользоваться специально проложенными для маршрутов дорожками, но Эдвард уже начинал привыкать, что здесь довольно редко пользуются теми путями, какие подготовлены заранее, так что бодро шагал за идущей впереди Мику по высокой, несколько выше щиколотки, траве, таща на себе усилитель.
