«Телохранители» грозят стать новым словом жанра, ибо, чтоб не очень расстраивать целевую аудиторию, помещают обалдуев в столь же паразитическую взрослую среду. Трое бойцов смешанного стиля (Олег Гаас, Егор Овчинников, Александр Левин) наняты охранять модного адвоката гиперуспешных негодяев, предыдущую охрану которого разметали в ходе бытового конфликта. Адвокат (Дмитрий Лысенков) употребляет бездны красноречия на отмаз негодяев от исков, его жена (Яна Кошкина) с накачанными губами и попой работает губами и попой, отец (Сергей Маковецкий) изгнан из пластической хирургии за алкоголизм и мацанье пациенток и вот-вот будет изгнан из сыновьей обители за алкоголизм и мацанье подруг снохи. Самое осмысленное впечатление производит дочь адвоката (Кристина Кучеренко), служащая у него секретарем в целях сохранения клиентской тайны (на папино «Он тупой боксер, не читавший ничего, кроме „Буратино“, тебе с ним и словом перемолвиться будет не о чем!!» она упускает волшебный случай сказать: «Папа, с такой же овцой ты живешь вот уже семь лет»). Милейшие артисты скрашивают суть этих отбросов человеческого рода, а три гоблина постоянными попытками что-то съесть, урвать и поддержать спортивную форму разнообразят стандартизованное меню классического ситкома (случайный выход Ящера и Тучи на реконструкцию Бородинской битвы и деятельная помощь нашим до полной отмены войны из-за неявки французов — лучший аттракцион серии: троглодиты обсмотрелись кино про попаданцев и, плюнув на Божью волю, не отдали Москвы).
Продюсеры Джанибекян и Дусмухаметов, признаться, ходят по тонкому льду: хохмы про бедных дураков («Ольга», «Патриот», «Бэби-тур»; не путать с обалдуями) полны сочувствия к нелепым положительным аутсайдерам — истории же дураков богатых могут зрителя и обозлить. Для предотвращения этого, скажем, в «Моей прекрасной няне» потребовались воистину атомная энергетика артистки Заворотнюк и каторжный труд роты диалогистов. Сценаристы Иванов-седьмой и Шкаликов тему отрабатывают честно, изо всех сил утепляя паразитический класс родственными чувствами и внезапным человеческим обустройством подло выигранных дел (у телохранителей тут номер шестнадцатый: они исправно тупят). Однако осадочек остается.
В фильме тонна юмора про пуканье, шуток про геев и задорных смехов про женские локоны, застрявшие в мужской ширинке-молнии при исполнении всем известных действий, так что целевая аудитория ТНТ должна быть довольна. Разным способам получения денег с неба (недоплата за каршеринг, аферы с биткоином, страховка за самопальные увечья, рисование бесценных картин членом) посвящена еще половина серий. А поскольку обалдуйство крайне заразно, и аудитория у таких шуток всегда будет гигантской — наилучшим способом сшибания денег с неба и впредь будет производство подобных сериалов.
Аплодисменты создателям.
Женские чудовища не просто отомстили мужским.
Они сделали невозможное: отняли у Сергея Минаева весь его пафос, шик-блеск, весь расслабон востребованного понтореза — оставив одно название, место в креативной цепочке (надцатый сопродюсер) и последнее утешение эффектного лузера: всех женщин на экране мой герой (читай: я сам) трахал так и эдак.
Ну, почти всех.
От «романчика с неприличным названьем» сохранились разве что имя, фамилия и отчество главного героя. Он сменил профессию, семейное положение, стиль поведения и субъектность. Теперь всем в истории и всем в постановке рулили двенадцать разгневанных фемин: шестеро эталонных красоток плюс трое добровольных помощниц, режиссерша и сценаристки Трубникова (замечена в титрах «Номинации») и Островская (причастна к написанию «Обоюдного согласия»); содействовал им Дмитрий Абезяев, мужчины иногда тоже полезны. Их стараниями вышло непредставимое: фильм с названием «Телки» не вызывает омерзения ни на третьей, ни на двадцатой, ни на сто двадцатой минуте.
Первоисточник не мог не устареть, как любая мода пятнадцатилетней давности. Нет больше повального девичьего помешательства на мохито, и одну лишь усмешку вызовет модель Nokia 8800 за штуку баксов (да и слова «баксы» давно нет). Без рекламы западных брендов сдохла глянцевая индустрия и даже сеть Walmart, где герой присматривал себе теплое местечко на старость, за неделю просела на десять процентов. Грабительский капитализм вянет без ресурса, оставляя шлейф напрасных грехов. Нет больше клубов «Крыша» и «Дягилев», и никто не узнает в «Одиозном журнале» с Пушкинской лет пять как усопшую «Афишу». Ребрендинг коснулся марок, доминант, смыслов и косяков.
Став из светского прощелыги хозяином пиар-агентства, Андрюша Миркин (Милош Бикович) не прекратил быть эталонным сукиным сыном: кидал палки направо и налево, ломал биографии медиаперсон и случайных попутчиц, сливал грязные видосы в сеть и упивался всесилием. Его в ответ подловили, обнулили, обчистили, объегорили и подвели под мокрую статью манипулятивные злые шатенки и размякшие, но обиженные блондинки.
