— Тогда зачем вам комиссия?
— Чтобы всегда перевыполнять план.
— Ясно, — кивнул Удальцов. Больше он не сказал ни слова до самой конторы.
В кабинете начальника управления Удальцов попросил своих помощников посмотреть схемы размещения скважин и по возможности прикинуть очередность их исследования, а сам взял Скачкова под локоть, отвел к окну.
— Пока ребята будут работать, мы с вами поговорим. А то как усядетесь за свой стол, начнутся телефонные звонки, и словом перекинуться не дадут, улыбнулся широко, доброжелательно.
— Не дадут, это точно, — отчего-то вздохнул Скачков, прислонясь спиной к подоконнику.
— Вам не надо доказывать, Валерий Михайлович, — начал низким баском Удальцов, подчеркивая этим не только свою солидность, но и серьезность разговора, — какой объем работ мы должны выполнить. Боюсь, придется просить подкрепления. Однако пока спешить не будем. Посмотрим, как пойдет дело. Короче, у насесть некоторые просьбы к вам. В гостинице, вы же знаете, долго жить невозможно. В гостиницах все живут временно и, конечно, соответственно ведут себя. Там не уснешь до поздней ночи. А нам надо выспаться. Не могли бы вы, Валерий Михайлович, найти нам пару комнаток в каком-нибудь общежитии? Есть у вас общежитие или какая-нибудь служебная квартира, что было бы еще лучше.
— Решим, — пообещал Скачков.
— Дальше. Необходимо закрепить за нами постоянный транспорт. На все время.
— Не проблема.
— Желательно, чтобы водитель был холостяк. Чтобы он не ныл, если задержимся на объекте или подъедем куда-нибудь на часок в выходной день. Ну, конечно, чтобы нигде не учился. Ни в вечернем, ни на заочном.
— Найдем такого.
— И еще одна, Валерий Михайлович, деликатная проблема. — Удальцов наклонился к самому уху Скачкова и совсем тихо продолжал: — Я, например, не могу есть в столовых, кафе, ресторанах. Только страдаешь после расстройством желудка. Нельзя ли договориться с какой-нибудь аккуратной хозяйкой, чтобы она взяла нас столоваться? Чтобы все было по-домашнему. Масло так масло, не маргаринчик, мясо с базара, а не мерзлое из магазина.
— Хозяйку искать не станем, — сразу отказался Скачков. — В этом нет надобности. Решим проблему в нашей столовой. Заедем и договоримся. Столовая в трех километрах от города, но при вас будет машина. Определим столик. Будут готовить по вашему заказу. На сливочном масле и из свежего мяса. Мясо не мороженое. Привозим из соседнего совхоза.
— Можно и так, — согласился Удальцов. — Теперь коснемся, так сказать, культурной программы. Здесь, думаю, проблем не будет. У вас есть что посмотреть. Хатынь, Брест, Беловежа… Вы, Валерий Михайлович, из местных?
— Из местных. Долго работал в Минске.
— Отлично! — воскликнул Удальцов. — Вы будете нашим гидом.
— Какие еще просьбы? — спросил Скачков.
Удальцов развел руками, мол, извините, но больше просьб нет.
Скачков оставил комиссию в своем кабинете. Сначала хотел найти Протько и Котянка и отменить уху. Затем решил, что пусть все идет как задумано. Он, Скачков, пригласит их на обед, а куда повезет, не их дело. Зашел в бухгалтерию, подписал срочные документы, позвонил в столовую, съездил в общежитие, посмотрел комнаты для гостей. Когда вернулся в свой кабинет, то увидел, что члены комиссии сидят в самых непринужденных позах и о чем-то непринужденно разговаривают. Судя по всему, о схемах они забыли. Сам Удальцов устроился за столом на его месте, откинулся на спинку стула так, что, казалось, не сидит, а лежит, и кричал в телефонную трубку:
— Договорились, дорогуша? Как только устроюсь, вызову телеграммой. А что? Свежий воздух, натуральные продукты. Отдохнешь лучше, чем в самом фешенебельном санатории. Короче, закругляйся там и собирай вещички. Да ты что? Более гостеприимных людей и в мире не сыщешь. Договорились?.. Будь! Он положил телефонную трубку и с выражением вины на лице сказал, обращаясь к Скачкову: — Я использовал паузу и позвонил своей благоверной…
— Может, не будем терять время, поедем? — предложил Скачков. — Или вы еще не кончили здесь свою работу?
— Какая работа? — засмеялся один из членов комиссии. — После вчерашнего голова не варит.
— Можно ехать, — не стал возражать и Удальцов; уже в машине, усевшись опять по правую руку от шофера, он продолжал: — Мы кое-что посмотрели у вас. Грустная картинка. Отчетов о режиме скважин мало. Замеры установок делались редко. Мы пришли к выводу, что документы мало что нам дадут. Надо смотреть каждую скважину. Кстати, за такой контроль над скважинами вашего главного геолога надо гнать взашей.
— Его и слушать не хотели, гнали план, — заметил Скачков.
— Одним словом, Михайлович, нам придется посидеть здесь не неделю и не две, — заключил Удальцов.
