— Мне стало определенно легче дышать, — сказала она Шохину на следующий день, проводив дочь и бывшего мужа до дверей. Пашка изъявил желание сводить Аришу в кукольный театр, даже билеты достал, что для бывшего супруга являлось настоящим подвигом. Нина нарядила дочку в новое платье и даже сфотографировала на память, старательно игнорируя многозначительные взгляды мужчин. Им, явно, было трудно находиться в одной комнате. И когда вслух сказала об облегчении, сразу предупредила усмехнувшегося Шохина: — И я не хочу ничего слышать.
— А я и ничего и не говорю.
Родители не обрадовались тому, что Пашка так легко сдал свои позиции, наверное, надеялись, что у него получится ее убедить или переубедить, а точнее, ждали, что они, поговорив, помирятся. Нина устала объяснять, что ничего уже не изменишь, и их развод — свершившийся факт годичной давности. А новость о том, что Новый год они с Ариной встретят вдали от родных, и вовсе родителей расстроил. Она и сама расстроилась из-за их реакции, но угодить всем было нельзя. Третьего числа они улетали в Дубай, второго обещали навестить Костиных родителей, новогоднюю ночь надлежало встретить в шумной компании, оставив Арину с Лидией Аркадьевной, а вот уже после возвращения из отпуска Нина клятвенно поклялась приехать к родителям.
— Прости, мам, но по-другому не получается.
— Оставлять ребенка на чужого человека и уходить веселиться — это не дело.
— Лидия Аркадьевна не чужой человек. Ариша с ней ладит, собачку ее любит. К тому же, она в десять уснет, и тогда мы уйдем. Раньше одиннадцати все равно никто не соберется.
— Встречать Новый год в ресторане? Кто так делает, Нина?
— Половина цивилизованного мира, мама. Уверяю тебя.
— Вот и папа говорит, что это странно.
Нина вздохнула, потом сказала:
— Передай папе привет.
— Я передам. Но все это странно.
— Странно, — в досаде на упрямство родителей повторила за матерью Нина, выключив телефон.
Переубедить их будет труднее всего.
Встречали Новый год в «Аристократе», большой шумной компанией. Нина даже не всех, присутствующих за столом, знала. Но настроение у всех было приподнятое, атмосфера за столом легкая, вино лилось рекой, и ее наперебой приглашали танцевать. С Кораблевым она даже танго станцевала, правда, смеялась больше над его стараниями, но все равно это было весело. Костя наблюдал за всем этим безобразием из-за бокала с вином, и только головой качал, когда она останавливалась и начинала хохотать, а Андрей уговаривал ее отнестись к танцу со всей серьезностью. Ведь он, в каком-то там покрытом мхом от давности лет году, брал уроки танцев. И его даже хвалили!
— В начальных классах школы?
— Какая разница? Мне говорили, что у меня талант.
Нина снова рассмеялась, в последний момент успела убрать ногу, прежде чем он наступил и испортил бы нос ее туфли.
Кивнула.
— Определенно. Талант.
А когда к столу вернулась, Костю обняла и спросила негромко:
— А ты со мной потанцуешь?
Он моргнул, глядя на нее чистыми, как летнее небо, глазами.
— А надо?
— Вот когда надо было меня соблазнить, ты со мной танцевал, а теперь уже можно не напрягаться, да?
Он взял ее за руку, поцеловал в ладонь. Потом улыбнулся полупьяно.
— Я с тобой дома потанцую.
Нина присела на соседний стул, смахнула с Костиного плеча конфетти.
— Шампанского, Нинок?
Приняла от Вадика бокал, потом обратила внимание на то, что его жена пьет сок. Повернулась к ней, обратив к ней заинтересованный взгляд, а когда Алена многозначительно улыбнулась и кивнула, ахнула.
— Серьезно? — Наклонилась к ней, чтобы в щеку поцеловать. — Поздравляю! Это здорово, Алена.
Та придвинулась к ней и проговорила на ухо.
— Вадик в шоке.
— Да? Можно подумать, он не старался.
Алена рассмеялась, а Нина ее за руку взяла.
— Ничего, проникнется. До мужчин всегда дольше доходит. Зато родители, наверное, счастливы.
— Это да.
Нина обернулась, когда Шохин за ее спиной поднялся. Положил руку ей на плечо и чуть сжал.
— Я отойду, надо кое с кем поговорить.
Она подняла глаза к его лицу и взглянула с легким укором.
— Новый год же, Костя.
Он все-таки наклонился, поцеловал ее в щеку.
— Я вернусь через двадцать минут.
— Знаю я твои двадцать минут… — проговорила она, и проводила его взглядом.
Все столики в зале были заняты, одиноких пар было мало, все, в основном, отдыхали в компаниях, и рассмотреть всех посетителей было затруднительно. Но глядя Шохину вслед и заметив, что тот остановился у одного из столов, приветствуя кого-то, Нина, к своему огромному неудовольствию, увидела Татьяну Смирнову. Костя явно разговаривал не с ней, обращался к какому-то мужчине, но Смирнова глаз с него не спускала и ловила каждое слово.
