Вадим Мельников, сын нынешнего мэра, был постоянным посетителем «Тюльпана», ему впору было абонемент выписывать. Нина и раньше его в зале видела, только поначалу не знала, кто он такой. Симпатичный парень, веселый, балагур, он совершенно не был похож на своего отца, всегда хмурого и чересчур серьезного мужчину лет шестидесяти. Все девочки были отлично с Вадимом знакомы, вели себя с ним запросто и иначе, как Вадиком не называли. И он сам чувствовал себя в «Тюльпане», среди полураздетых женщин вполне вольготно, как в родных пенатах. И вот теперь Вадим женился. Нина даже предположить не могла, какая нормальная разумная девушка согласилась бы за него замуж выйти. У него все на лице было написано, а уж глаза просто источали бесстыдство и порочность, правда, улыбка была настолько очаровательная, что заставляла биться все женские сердца без исключения. Даже Нина попалась на эту удочку. Пару дней назад выяснила, что это именно Вадим прислал ей цветы, и, с одной стороны, это порадовало, потому что на Вадима можно было не обращать внимания и просто посмеяться над его комплиментами и знаками внимания, но с другой стороны, он все-таки предпринял попытку зажать ее в угол, хоть и не обиделся на решительное сопротивление, что Нина ему оказала. Это случилось два дня назад, а сегодня в «Тюльпане» с шумом гуляют на его мальчишнике, кажется, все особи мужского пола, имеющие хоть какое-то положение в обществе в этом городе. Стоянка была забита дорогими автомобилями, в зале шум и музыка, веселье нарастало, и женщин в зале больше, чем обычно, явно гости с собой привели дам. Виновник торжества приехал одним из последних, объявил во всеуслышание о своей занятости в преддверии знаменательного события, и в первую очередь угодил в объятия Греты. Та едва не плакала от умиления и с горечью проговорила, напирая на материнские нотки в голосе:
— Мальчик мой женится. Совсем большой стал.
Послышался смех, кто-то выдал скабрезную шутку, на которую мало кто внимания обратил, а Вадим приник губами к груди Греты в глубоком вырезе декольте. А когда отстранился, мотнул головой в пылу юношеской горячности.
— Женюсь! — И даже зажмурился. — Женюсь! — И тише, специально для Греты проговорил: — Но вернусь после медового месяца.
— Смотри, чтобы тебя жена не заездила.
Одна из девочек подошла и поцеловала его в щеку, заметив сладким голосом:
— Ты нам нужен полный сил.
— А я когда-нибудь подводил? Или разочаровывал? — Девушке достался легкий шлепок по попе.
Нина наблюдала за происходящим из-за кулис, не торопясь показываться в зале, там и без нее женщин хватало. Вернулась в гримерку, остановилась перед зеркалом, придирчиво осматривая себя, потом поставила ногу на стул, проверяя, хорошо ли застегнуты босоножки.
— Выпьешь? — Грета вошла в гримерку и протянула ей бокал шампанского. — Вадик не поскупился, вино рекой льется, и все дорогущее.
Нина сделала глоток французского шампанского, и безразлично пожала плечами, оставшись не в восторге от вкуса. Села и расслабленно откинулась в своем кресле.
— Встретила своего мальчика?
Гретка пристроилась на краю туалетного столика и ухмыльнулась. Ее платье, все в блестках, переливалось в электрическом свете.
— Этот мальчик успел руку мне в декольте запустить, он всегда был на удивление проворен.
Нина кивнула.
— Верю.
Грета рассмеялась, разглядывая ее.
— Что, никак не простишь ему позавчерашнюю выходку? Брось, Вадик это не со зла, просто ты ему понравилась.
— Ты защищаешь его так, будто он на самом деле твой сын.
— В каком-то смысле. Я питаю к нему нежные чувства. — Грета фыркнула от смеха, прикуривая. — Паршивец похотливый, но до чего обаятельный, скажи? Кстати, он ждет не дождется твоего выхода.
— Пусть ждет.
— А когда пойдешь?
Нина плечами пожала.
— Не знаю. Витя сказал: сюрприз, вот и пусть будет сюрприз.
— Ну, ну. В зале сегодня искрит от знакомых рож, куда ни глянь, везде деньги.
— Мне жалко его невесту, — вдруг сказала Нина.
Грета взглянула удивленно.
— С ума сошла? Чего ее жалеть? Она не нам чета, родилась с золотой ложкой в одном месте. Так что, ты лучше себя пожалей. Она свадебное платье за твою годовую зарплату меряет, а ты сейчас пойдешь женишка ее развлекать и дружков его.
— Ну ладно тебе, взяла и все испортила. Просто я подумала, что за семейная жизнь у них будет?
Грета выдохнула дым к потолку.
— Какое нам с тобой дело? Вадька как шатался сюда, так и будет шататься, а уж сколько раз в неделю он ее трахать будет, в промежутке между нашими красавицами, это только ее проблема.
Там, милая моя, больше, чем любовь, там бизнес и большие-большие деньги.
Нина согласно кивнула.
